1. Введение.
2. Вред от численного превосходства.
3. Экономная скрытая заблаговременная мобилизация.
4. Партизанство.
5. Повышение выживаемости населения.
6. Обеспечение продовольствием.
7. Опыт современной войны.
8. Недоусвоенные уроки от финнов.
9. НКВД и проблемы Красной Армии.
10. Переделка Боевого устава под трудную войну.
11. Тщательность против скорости.
12. Боевое использование раненых.
13. Ярость благородная.
14. Укреплённые районы.
15. Лопаты и прочие как бы мелочи.
16. Засадная зелень.
17. Позиционисты.
18. Оборонная архитектура.
19. Применение танков.
20. Отдельные танковые батальоны.
21. Танковые тягачи.
22. Самоходные орудия.
23. Горение в танках.
24. Противотанковое снайперство.
25. Усиление бронепоездов танками и пехотой.
26. Ручное метание гранат.
27. Супер-гранатомёт Дьяконова.
28. Пистолеты.
29. Ракетницы.
30. Автоматическое оружие.
31. Снайперство.
32. Подготовка хороших солдат.
33. Маскировка.
34. Имитационные войска.
35. Боевое снаряжение.
36. Советский джип.
37. Бронеавтомобили.
38. Мотоциклетные войска.
39. Велосипедные войска.
40. Холодное оружие.
41. Подготовка рукопашников.
42. Форсирование водных преград.
43. Лесная подготовка и экипировка.
44. Усиление пограничных войск.
45. Повышение эффективности авиации.
46. Повышение эффективности флота.
47. Высвобождение времени.
48. Армейский порядок.
49. Армейская эстетика.
50. Система военного образования.
51. Правильное кино.
52. Советский социализм.
53. Умственные способности Сталина, Жукова, Шапошникова т. п.
54. Моральный облик Сталина, Жукова, Шапошникова т. п.
55. Идеальный полководец Иона Якир.
56. Правильная оборона Одессы и неправильная оборона Севастополя.
57. Советская армия как ключ к пониманию РККА конца 1930-х.
58. Гипотезы Владимира Резуна.
59. Проблема недоэкспертов.
60. Проблема технологий.
61. Проблема разведки.
62. Предваряющие проигрыши РККА и советской дипломатии.
63. Запоздалое освоение Урала, Средней Азии и Западной Сибири.
64. Железнодорожный транспорт.
65. Противотанковые артиллерийские бригады.
66. Станковые пулемёты.
67. Можно ли было избежать войны?
68. Заключение.
69. Литература.
Перебежчик Владимир Резун доказывал в нескольких книгах, что
основной причиной русской катастрофы 1941 года было то, что Ста-
лин сам готовился напасть на Германию, а Гитлер опередил его на
несколько недель и смог застать РККА в состоянии, которое было
весьма неблагоприятным для ведения ею боевых действий.
На самом деле хватало и других причин для катастрофы. Развяжи
Гитлер войну в отсутствие хотя бы части этих причин, Вермахт,
наверное, был бы вытеснен с территории СССР за несколько недель,
а Берлин был бы взят Красной Армией, возможно, в середине осени
1941-го. Так это или не так, а вопиющих недоработок хватало, при-
чём эти недоработки обусловливались не тем, что страна была недо-
статочно индустриализованной и недостаточно культурной, а специ-
фикой большевистской власти, ущербностью советского социализма.
А где-то, может, спецификой менталитета русских, которой больше-
вики не смогли преодолеть.
* * *
Одной из лучших книг в советской (а может, и мировой) литерату-
ре я считаю "Танкер 'Дербент'" Юрия Крымова (кстати, погибшего на
фронте). Кто не зачитывался и не пропитывался в своё время этой
книгой, тот вряд ли адекватно воспримет излагаемый здесь подход,
который по сути такой же, как в указанном произведении [только
шире]. И главное в нём вот что:
- уверенность в наличии всюду значительных скрытых технологи-
ческих резервов, для мобилизации которых требуется раскован-
ный креативный подход;
- вера в людей: в то, что они в принципе не так уж плохи, и
надо лишь создавать обстоятельства, в которых люди могли бы
доразвиваться -- и раскрываться в своих лучших качествах;
- вера в СССР: в то, что существовала (но была профукана из-за
сталинистов) реальная возможность прорыва к "светлому буду-
щему", к сверхчеловеческому, на следующую ступень эволюции.
Разумеется, правильная вера не должна исключать небольшую долю
скепсиса. Точнее, она сочетается с принципиальной готовностью со-
мневаться и интересом к заявкам на опровержение. Ошибаться -- это
нормально; исправлять свои ошибки в чём-то крупном -- это немнож-
ко даже величественно (потому что на такое мало кто способен). И
мы, конечно, не будем путать подлинное исправление себя и смену
дежурного тра-та-та сообразно моде.
* * *
Грубо и смешно ошибаются те, кто считают, что автор интеллекту-
ально могуч тут лишь [в собственных глазах] задним числом. Они
ошибаются из-за того, что некреативны, умственно приземисты, име-
ют слабое понятие о таких вещах, как "мозговой штурм" и радикаль-
ное проектирование, не читали в детстве запоем романов Жюля Верна
и никогда не завидовали -- хотя бы чуть-чуть -- Александру Маке-
донскому и Наполеону Бонапарту. На самом деле аналогично подвер-
гаться серьёзной конструктивной критике и радикальной переработке
могут и текущие реалии. Был бы социальный заказ.
Почему практически не бывает социального заказа на радикальный
конструктивный креатив (а бывают только на частности, глупости и
гадости) -- это чрезвычайно сложный и важный вопрос. И разобрать-
ся с ним -- это много труднее, чем выяснить, почему РККА, имея
кратное превосходство в танках над Вермахтом и вдобавок обладая
довольно большим количеством вроде как заведомо лучших танков в
мире, а ещё имея опыт современной войны в Финляндии, реактивные
установки (будущие "гвардейские миномёты"), талантливейшего Жуко-
ва в качестве аж начальника Генштаба и т. д. и т. п., была тем не
менее на голову разбиваема в приграничных сражениях какими-то за-
мороченными нациками (у которых в головах была расистская каша
вместо "единственно верного" учения Карла Маркса), потеряла плен-
ными миллионы бойцов и отступала (а иногда и бежала) аж до Моск-
вы, Сталинграда и Северного Кавказа.
* * *
Разумеется, в этой книге много ошибок (к сожалению, пока нет
возможности указать примеры), но даже если бы её автор ошибался в
несколько раз больше, он и тогда был бы НИКЕМ по этой части в
сравнении с деятелями, виноватыми в катастрофе 1941 года, а также
с теми, кто сегодня берутся их как-то оправдывать.
* * *
Сижу и думаю: а чего ж дедов-то столько полегло в 1941-1945-м?
Кто и в чём ради этого напортачил? И как сделать так, чтобы деды
больше не полегали в таких количествах? А может, и чтобы войны не
было вообще: чтобы сады цвели, нивы колосились, кролики размножа-
лись, а мы с потенциальными противниками массово -- и с удовольс-
твием -- ездили друг к дружке в гости. У меня ведь вот какая про-
блема: в какую сторону ни повернусь, везде исследованные и полюб-
ленные мной страны, каждая по-своему прекрасна, ни в одну из них
стрелять категорически не хочется.
А где-то ж сидит патриотнутое чмо -- и тоже думает: как бы так
извернуть псевдомысль, чтобы получалось, что деды погибали в неиз-
бежных оправданных количествах и вовсе не зря. И чтобы их внуки
возбуждались священной ненавистью хоть к кому-нибудь и тоже [меч-
тали] были готовы массово полечь ("мы за ценой не постоим").
Правда, на проверку раз за разом оказывается, что такое шибко
патриотнутое чмо как-то вот не изволило даже послужить пару лет в
войсках, примерить лично на себя шкурку будущего героя, погибшего
смертью храбрых. Случись война, призовут ведь в первую очередь
тех, кто уже служили: умеют ровненько застилать коечки и т. д.
* * *
Многочисленные причины русской катастрофы 1941 года могут быть
сгруппированы следующим образом:
- ошибки и недработки внутренней политики СССР: неправильный
социализм (массовые репрессии, лживость и пр.);
- ошибки и недоработки в общей подготовке к войне;
- ошибки в непосредственной подготовке к войне, в том числе
на подходе к 22.06.1941;
- ошибки в действиях после начала войны.
Непосредственная вина за это (насколько можно говорить о вине)
как-то разделяется между политической и военной верхушками СССР
(лично я сильно подозреваю, что основная вина -- на военной вер-
хушке). Косвенная же вина лежит много на ком -- от Ленина до
Аристотеля. Точнее, на разработчиках политических и мировозрен-
ческих концепций и на развивателях мышления.
Тезисы:
1. Непосредственная причина поражений РККА в начале войны с Гер-
манией -- в слабоватом качестве РККА, при котором количест-
венное превосходство РККА скорее вредило ей самой.
2. Слабоватость качества РККА обусловливалась слабоватостью
качества её руководства, а ещё слабоватостью качества правя-
щей советской верхушки в целом.
3. На поражения страну обрёк в первую очередь счёте сталинизм
как специфический способ властвования.
4. Свою лепту в поражения 1941 года привнесли любимые правители
прежних эпох, приложившиеся к формированию менталитета, кол-
лективного интеллекта, технологической культуры, отношения к
людям.
5. Если бы сильно старались те, кому положено стараться больше
других, то войны бы и вовсе не было. А если бы всё же была,
то очень короткая: противник почти тут же разбился бы о не-
сгибучую мощь.
* * *
Получился ли бы у Сталина "освободительный" поход в Европу в
1941 году аж до Атлантики, если бы СССР успел опередить немцев с
подготовкой к войне и [напасть на Германию] начать превентивные
военные действия? Нет, получился бы вряд ли. Потому что Сталину
внезапность нападения не удалась бы. Гитлер либо ударил бы --
наипревентивнейше -- в последний момент, пусть и слабовато (это
самый напрашивающийся сценарий), либо сумел бы нейтрализовать
РККА встречными наступлениями ударных танковых клиньев. Война бы
очень затянулась, но победил бы -- по-пирровски -- в конце концов
СССР со своими союзниками (если те не предпочли бы временно зами-
риться с Германией, что было очень даже возможно). Иначе говоря,
при тогдашнем раскладе менталитетов, экономических мощностей и т.
п. война, скорее всего, пришла бы к такому концу, к какому приш-
ла, независимо от того, за кем остался первый ход на границе СССР
и Германии.
Среди расхожих дурачьих мудростей одна из наиболее сверкающих
-- такая: побеждает сильнейший. Откуда дураки взяли эту законо-
мерность -- загадка для историков культуры. Потому что в дикой
природе такое не наблюдается, в обществе тоже. Тем более что за-
частую большое значение имеют случайности. Сильнейший способен
побеждать чаще, чем проигрывать, лишь ПРИ ПРОЧИХ РАВНЫХ УСЛОВИЯХ,
но где вы такие в реальном мире в последний раз видели? Вдобавок
не всегда случаются ситуации, когда для победы требуется именно
сила. Скажем, если надо правильно забить гвоздик, то кувалда ведь
ни к чему, а нужен, наоборот, небольшой молоток. И спецу по мик-
рохирургии лучше иметь [у себя на руках] пальцы не каратиста, а
музыканта.
Только дурак станет меряться силой с явно более сильным против-
ником, а человек поумнее применит что-то другое -- и, может быть,
победит.
Чтобы уменьшить преимущество более сильного противника, можно,
к примеру, напасть на него внезапно.
Гитлер так и сделал, пока Сталин готовился пугать всех количес-
твом своих дивизий.
Одна из причин поражений РККА в начале войны -- изначальное яв-
ное численное превосходство РККА в танках, самолётах, пехоте. Об
этом превосходстве верхушка РККА была вполне осведомлена, и оно
от этого вредило ещё больше.
Как вредило численное превосходство:
- оно достигалось в основных средствах ведения войны (танках,
самолётах, "штыках") ценой урезания обеспечивающих средств,
а без обеспечивающих средств основные средства оказывались
малоэффективными;
- оно располагало к упрощению тактики, обучения, экипировки и
к расходному стилю боевых действий;
- оно привело к довольно большой начальственной беспечности
при подготовке к боевым действиям на подходе к 22.06.1941;
- оно вызвало 22.06.1941 впадение верхушки РККА и СССР в со-
стояние когнитивного диссонанса (по-простому -- недоумения,
растерянности): как же, мы заведомо превосходим противника,
а он нас бьёт;
- оно побуждало к расходным контрударам вместо ухода в оборо-
ну;
- оно существенно затруднило военные перевозки в решающие
первые дни войны;
- оно вызвало значительную потерю военной техники и солдат
(причём в немалой степени потерю НЕБОЕВУЮ) ещё до того, как
на РККА стали работать российские дороги, российские рас-
стояния, партизаны и "генерал Мороз"; то есть до времени,
когда воевать стало в некотором смысле удобнее.
Иметь в запасе войска -- это в общем-то хорошо, но с оговорка-
ми:
- войск не должно быть слишком много в полосе боевых дейст-
вий, иначе эти войска будут мешать друг дружке двигаться и
обустраиваться; вдобавок они будут являть собой привлека-
тельную цель для авиации и артиллерии;
- нельзя снижать качество военного планирования, хотя это --
из разряда непреодолимого "слишком человеческого".
Надо различать ОБЩЕЕ численное превосходство и ЛОКАЛЬНОЕ. Для
победы способность создавать локальное превосходство важнее обще-
го превосходства: она даёт возможность бить противника по частям.
Средства обеспечения локального превосходства:
- мобильность;
- дороги;
- разведка (воздушная, полевая, радио-);
- связь.
У РККА со всем указанным было летом 1941 года довольно туго, у
немцев -- наоборот, хорошо.
Численное превосходство недалеко от линии боевого соприкоснове-
ния позволяет экономить на маневрировании силами. То есть числен-
ное превосходство -- это УСЛОВНО-вредный фактор: при способности
управлять тонко, дифференцированно, с учётом много чего, числен-
ное превосходство идёт [лишь] в основном на пользу.
По прикидкам выходит, что РККА даже без мобилизации имела нака-
нуне войны достаточную силу, чтобы порвать Вермахт за пару недель
и далее устремиться к нацистскому логову освобождать тамошних
трудящихся от их ошибочной веры в собственную сверхчеловечность.
Кстати, советская правящая верхушка, похоже, была такого же мне-
ния. Эта сила всего лишь оставалась несколько недособранной, не-
доорганизованной, недошлифованной, неправильно размещённой, не-
доразвитой в тактическом отношении, недообеспеченной чутким руко-
водством и т. д.
Но у СССР имелась возможность своевременно усилиться ещё более,
причём без изъятия людей и техники из "народного хозяйства".
По советским мобилизационным планам предполагалось, что часть
грузовиков и тракторов из "народного хозяйства" будет направлена
в РККА. Так вот, можно было сделать наоборот: нарастить количест-
во грузовиков и тракторов в РККА, но до поры частично использо-
вать их на всяких мирных работах, по преимуществу в деревне.
Оформлять это как помощь Красной Армии колхозникам и строителям
[и трындеть о ней по радио и в газетах]. Такие помощники могли
командироваться со своим оружием, только держать его до поры под
замком, если [отряды] банды местных националистов не докучали.
Практиковать это надо было главным образом в западных районах
страны, особенно в "возвращённом своём" (там как раз колхозы бы-
ли слабенькими, вдобавок было желательно вовсю демонстрировать
заботливость Советской власти).
Такой подход позволил бы сэкономить несколько дней (или даже
недель) на мобилизации, а несколько дней в начале войны имеют
много большее значение, чем в её середине.
Аналогично сапёрные части могли быть более многочисленными и
задействоваться на мирных стройках (хотя лучше всё-таки на со-
ружении укреплений). Сапёры -- это как раз один из видов войск,
которыми в довоенном СССР пренебрегали, сосредоточившись на нара-
щивании ударных видов войск и мечтая о "войне моторов" -- вместо
того, чтобы предусматривать уход, чуть что, в глухую оборону и
подлаживаться под закономерность "больше пота -- меньше крови".
Можно было вдобавок формировать добровольческие строительные
части из людей, осуждённых за незначительные преступления. Го-
товить их как вспомогательную пехоту, только не вооружать зара-
нее ничем, кроме лопат (= неплохого холодного оружия). Гранаты
метать учебные, невзрывучие. Винтовки осваивать нестреляющие
(без настоящих затворов; затворы держать до поры в сейфах). Впро-
чем, чуть-чуть стрелять под наблюдением работников НКВД, конечно,
следовало. Под таким соусом можно было даже несколько расширить
любимые сталинистами массовые репрессии. Котировать умеренно ре-
прессируемых не как врагов, а как слегка оступившихся (с кем не
бывает), но имеющих хороший шанс стать особо ценными членами
общества.
Зеки, работающие на лесоповале, -- чем не сапёры? Они сильные,
выносливые, привычные к холодам и к работе простыми инструмента-
ми. Чуть больше заботы об этих людях, чуть качественнее редокт-
ринации -- и при случае получите мощные сапёрные подразделения.
Если заключённые знают, что их берегут и немножко готовят на вся-
кий случай как бойцов-сапёров, они лучше работают, легче перено-
сят тяготы и лишения, вернее "перековываются". Безнадёжных социо-
патов ведь не так уж много.
Ты думаешь, что тебя посадили за преступление (настоящее или
иллюзию в воспалённых сталинистских мозгах), а на самом деле тебя
по сути забрали во вспомогательные войска НКВД, оказали тебе до-
верие.
Кстати, зековскую униформу соответственно надо было делать не
чёрной и не синей, а защитного цвета. Правда, это затруднило бы
вылавливание по кустам сбежавших заключённых, но ведь не бывает
добра без худа.
Вдобавок требовалось возродить в западных военных округах тер-
риториальные войска (в дополнение к основным): к лету 1941 года
люди были бы уже переодетыми и экипированными, понемногу повос-
станавливали бы (или поприобретали) солдатские навыки. К 22 июня
1941 года подразделения бы посколачивались без отрыва от произ-
водства. Бросать их в бой можно было, конечно, только в связке с
более качественными войсками.
Ну не было бы у территориальных войск тяжёлого вооружения -- и
что из того?
В лесисто-болотистой местности легковооружённая пехота с хоро-
шей экипировкой, запасом еды, детальными картами местности и гиб-
ким руководством -- это силища. Она не умирает под танками на
предписанных рубежах, а организованно отодвигается, чуть что, в
чащи и хмызняки, чтобы потом нападать с тыла, устраивать засады и
огневые налёты, минировать дороги -- в общем, нарушать снабжение.
А ведь ударная сила наступающих вражеских войск очень зависима
именно от снабжения. Без топлива, снарядов и патронов вражеские
танки -- ничто. А на прочёсывание лесов у немцев не было войск и
времени, да и прочёсывание -- не панацея, а местной вспомогатель-
ной полиции с хорошим знанием местности у немцев в первые недели
войны ещё не было.
Перебежчик Владимир Резун о подготовке СССР к войне конце
1920-х ("Ледокол", стр. 107):
"В одной только Беларуси в мирное время существовало шесть пар-
тизанских отрядов численностью по 300-500 человек каждый. (...)
Отряды комплектовались только командирами, организаторами и спе-
циалистами. Каждый партизанский отряд мирного времени -- своего
рода ядро, вокруг которого в самом начале войны создается мощное
формирование численностью в несколько тысяч человек. Для парти-
занских формирований в мирное время в непроходимых лесах и на
островках среди бескрайних болот были созданы тайные базы. В
мирное время были построены подземные убежища, госпитали, склады,
подземные мастерские для производства (?) боеприпасов и вооруже-
ния. Для подготовки партизанских лидеров, организаторов инструк-
торов были созданы тайные школы. Секретные научно-исследователь-
ские центры разрабатывали специальные средства партизанской
войны, особое снаряжение, вооружение, средства связи. Партизаны
регулярно проходили сборы."
Потом от всего этого отказались.
Илья Старинов о том же самом, в книге "Заместитель по диверси-
ям" (стр. 55-56):
"В период репрессий против военных подготовку партизан прекра-
тили. Все заблаговременно подготовленные партизанские базы ликви-
дировали, из тайных складов извлекли и передали армии большое
количество минно-взрывных средств, а имевшиеся на этих складах
несколько десятков тысяч иностранных винтовок и карабинов, сотни
иностранных пулеметов и миллионы патронов к ним попросту уничто-
жили. Самое же страшное было в том, что в 1937-1938 годах репрес-
сировали хорошо подготовленные партизанские кадры, кого расстре-
ляли, кого сослали, и уцелели из 'партизан' только те, кто слу-
чайно переменил место жительства или, по счастью, оказался в да-
лекой Испании, принял участие в схватке с фашизмом. Сама мысль о
возможности ведения нами партизанской войны была похоронена. Но-
вая военная доктрина исключала для Красной армии длительную стра-
тегическую оборону, предписывая в кратчайший срок ответить на
удар врага более мощным, перенести боевые действия на территорию
агрессора. Естественно, что в кадровых войсках ни командный, ни
тем более рядовой состав уже не получали знаний, которые дали бы
им возможность уверенно действовать в тылу врага."
Почему свернули партизанство? Резун считает, что причиной сво-
рачивания была подготовка к нападению на Европу: РККА стала до-
статочно мощной, чтобы уверенно вести наступательные действия, и
подготовка к оборонительной войне потеряла значимость.
Так вот, это не убедительно. Подготовка к партизанской войне
ведь УЖЕ БЫЛА ПРОДЕЛАНА. Поддерживать уровень подготовленности
было не очень затратно. А хоть бы и в качестве подстраховки (мало
ли что).
Причина ликвидации системы партизанства была, скорее всего, в
другом.
Сталин, как известно, [нечаянно] обнаружил, что по мере продви-
жения в строительстве социализма усиливается классовая борьба.
Вдобавок внутри самой партии хватало недовольных его неленинской
политикой. Люди с партизанскими навыками, партизанским взглядом
на вещи и партизанскими схронами в лесах (по сути подготовленные
диверсанты) были слишком опасны для правящей клики: много более
опасны, чем случайные интеллигенты в очках и даже чем военные,
если только те не спецназовцы.
Толковый городской партизан -- человек страшный. Он не только
Сергея Мироновича Кирова "замочил" бы так, что следов не оста-
лось бы: он мог, наверное, уничтожить одним взрывом половину
Политбюро. Ну, в принципе.
Вот из-за этого страха перед своими же диверсантами Сталин и
ликвидировал систему заблаговременной подготовки партизан, что
сильно повредило стране, когда немцы напали.
При Сталине значительная часть населения ненавидела до смерти
другую значительную часть населения вместо того, чтобы соединять
с нею усилия по обустройству страны. Если бы не эта ненависть,
обусловленная "мудрой политикой", можно было бы подготовиться к
диверсионной партизанской войне весьма основательно. Среди про-
чего, сделать штук пять хороших художественных фильмов про пар-
тизан (может, даже испанских и китайских) -- с упором на роман-
тизацию, на приёмы выживания и, может быть, даже на способы
причинения ущерба противнику: якорить в подсознании советских
граждан, что партизанство -- это мощно, героично и эффективно
(а оно ведь так и есть -- при разумном подходе).
Подготовка СССР к возможной войне осуществлялась в условиях
довольно-так страха (пусть и не тотального): народ боялся влас-
ти, власть боялась народа. Не просто так при Сталине оставался
закрытым доступ в Кремль: верхушка там расслаблялась, отдыхала
от постоянного ожидания выстрелов из-за угла.
Сталину нужна была не такая подготовка к войне, какая требова-
лась для более успешного ведения её (а то и для предотвращения),
а такая, которая не увеличивала бы опасности для советской пра-
вящей верхушки.
Будь в СССР налаженная система партизанства, окруженцев летом
1941 года почти не было бы: их бы разбирали по отрядам партизаны
и [тут же] после короткого отдыха бросали в бой на немецкие обо-
зы и пр. Война на территории СССР не продлилась бы и месяца [Гит-
лер был бы расстроен].
В 1941 году воевалось бы значительно легче, если бы задача по-
вышения выживаемости населения была чётко поставлена в СССР ещё,
может, во время "военной паники" 1927 года (эта задача, кстати,
явно не ставится и сегодня, что объясняется, возможно, не глупос-
тью, а расчётом на сброс "лишнего населения" в случае особо боль-
шой катастрофы; впрочем, это, возможно, и правильно по отношению
к массовым дуракам).
Следующее существенно повысило бы выживаемость советских граж-
дан в условиях большой войны (и потому даже поспособствовало бы
предотвращению её, поскольку затруднило бы военные действия про-
тив СССР, на что можно было бы мягко намекать своим потенциальным
противникам):
1. Некоторое приспособление гражданской одежды к походно-боевым
условиям: увеличение доли защитной расцветки (она ведь много-
образна: не только с зелёными, но также с серыми, коричневы-
ми, песочными тонами); "нет" клеточкам и "горошку", "да"
крупным растительным и абстрактным узорам в защитных тонах;
длинные рукава, капюшоны, непромокаемость, большие удобные
карманы.
2. Некоторое приспособление гражданской обуви к походно-боевым
условиям: предпочтение тёмно-серому, болотному и коричнево-
му; закрытости, непромокаемости, широким носкам, низкому
каблуку.
3. Насыщение рынка рюкзаками, сумками и сумочками походного
типа, с защитной расцветкой.
4. Насыщение рынка палатками и спальными мешками защитной рас-
цветки. Пропаганда пеших походов по красивым и историческим
местам.
5. Приспособление массовой посуды к использованию в походных
условиях (походное тоже может быть красивым: ставилась бы
правильно задача, а решения наверняка находились бы).
6. Свободная продажа хороших компасов, походных лопаток, алю-
миниевых фляг, походных ножей, котелков, плащ-палаток.
7. Свободная продажа походных двухколёсных тележек с грузоподъ-
ёмностью килограммов на 50. Колёса должны быть не минимальны-
ми, а большими и широкими.
8. Свободная продажа грузовых мини-прицепов к легковым автомоби-
лям. Прицепы используются для путешествий и в хозяйственных
целях, но очень пригодны к использованию в военных условиях.
9. Свободная продажа компактных металлических печек, в том числе
переносных.
10. Пропаганда выращивания лекарственных растений на "приусадеб-
ных участках" и использования этих растений по назначению.
11. Строительство зданий, приспособленных к защите людей и к ис-
пользованию в боевых действиях: сооружение прочных подвальных
помещений с окнами, пригодными для использования в качестве
амбразур, и т. д.
12. Продажа металлических ёмкостей военно-походного типа для хра-
нения домашних запасов всего, в том числе еды.
13. Массовое изготовление мобильной мебели (складных столов и
стульев, легко переносимых шкафов и сундуков защитной рас-
цветки). Номинально -- для геологов, строителей, дачников,
на самом деле -- в первую очередь для мобильных штабов.
14. Продажа ПОХОДНЫХ детских колясок (в мирное время используемых
нормальным образом): прочных, защитной расцветки, с повышен-
ной вместимостью, с ёмкостями для значительного багажа, с
расчётом на ветер, дождь и мороз.
15. Прохождение гражданами специальных практических курсов выжи-
вания, дополняющих компактные, но хорошо иллюстрированные
учебники выживания, предназначенные для самостоятельной под-
готовки. Присвоение звания "Мастер выживания" отличникам
выживательной подготовки и выдача соответствующего значка.
Что бы дала в случае чего такая скрытая милитаризация быта:
- лучшее сохранение человеческого ресурса;
- облегчение эвакуации населения;
- облегчение перехода к партизанским действиям;
- облегчение создания "народного ополчения";
- резерв снаряжения для войск (в случае дефицита чего-нибудь
попросили бы у населения).
Милитаризация быта отнюдь не означает его деэстетизацию и до-
полнительные затраты. Но дополнительные ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ затраты
в масштабе страны -- и немалые -- конечно же, требуются.
И уточним, что если страна элоится, а милитаризируются в ней
-- самочинно -- только немногие [пессимисты], то они далеко не
продвинутся: в этом деле требуются очень значительные усилия ис-
следователей, проектировщиков, производственников.
Можно повернуть дело так, что в СССР повышение выживаемости
населения не практиковалось в 1930-е годы и в начало 1940-х пото-
му, что Сталин намеревался наступать, а не отбиваться, но соль в
том, что повышением выживаемости не сильно заморачивались и в
послевоенное время, когда вести наступательную войну уже точно не
собирались, поскольку никак не могли прочухаться от последствий
Второй Мировой.
Послевоенные "сталинки" хоть строились с подвалами-бомбоубежи-
щами, а при Хрущёве и это прекратилось -- при том, что тема
"гражданской обороны" всё же не была заброшена совсем и "поражаю-
щие факторы ядерного взрыва" изучались в школах.
К защите населения серьёзно готовилась, наверное, только после-
военная Албания, но там это делалось по-социалистически криво.
Может быть, советское руководство опасалось, что при советской
массовой бедноватости (в сравнении со США и пр.) некоторая мили-
таризация быта будет воспринята населением в основном отрицатель-
но. Но скорее всего причина была всего лишь в нерасчётливости
(эвфемизм слову "глупость", если что). Речь ведь не о ПРИНУДИ-
ТЕЛЬНОЙ милитаризации, а о том, чтобы имели возможность "милита-
ризироваться" те, кому этого хотелось. Может быть, прирождённые
воины. Ну, или страдающие комплексом неполноценности (такое тоже
бывает).
Ещё нюанс. КРАСИВО милитаризироваться советские граждане не
имели возможности ни в сталинском, ни в послесталинском СССР уже
просто потому, что эстетическая сторона военного дела в СССР
очень сильно хромала. А милитаризироваться некрасиво -- это вре-
дить стране.
Советским гражданам втюхивали элойство (ну, в советском ограни-
ченном варианте), но при этом ожидали от них самоотдачи на воен-
ной службе и военных подвигов, если таковые понадобятся Родине.
Причина втюхивания элойства советским гражданам -- потреблятс-
кий (а отнюдь не спартанский) настрой советской верхушки, в том
числе верхушки военной.
* * *
Про походные детские коляски. Не шучу, а добираю остатки по
сусекам.
Вспоминаю рассказ матери. Мой дед, старший лейтенант НКВД, в
один из первых дней войны уехал на грузовике воевать, а не спа-
сать свою семью (могу себе представить, ЧТО он при этом чувство-
вал, -- и не "просто так" меня притягивает тема катастрофы 1941
года). Моя бабушка подалась в самостоятельную эвакуацию пешком,
с тремя детьми на руках: два ребёнка (в том числе моя будущая
мама -- старшая, восьми лет) шли сами, третий был в детской ко-
ляске. Янка Купала ведь не подвёз: дёрнул на личном автомобиле
прямо в Москву. Пришлось одну ночь спать в поле (утром проснулись
-- рядом неразорвавшаяся бомба). Потом подались обратно, потому
что немцы уже далеко прорвались. И таких беженцев в 1941-м было
ведь много. Да и в 1942-м. Так вот, на всякие подобные случаи
должна была быть доступной детская коляска понавороченнее -- что-
бы могла служить БАЗОЙ для выживания семьи в походных условиях.
Ручной тележки для пешей эвакуации у семьи могло не иметься, по-
этому детская коляска должна была годиться для того, чтобы при
случае эту тележку более-менее заменять.
Наверное, десятки тысяч людей благодарили бы великого Сталина
за его тонкую предусмотрительность (но лучше бы он войну предот-
вратил, конечно). Современные бомжи тоже высоко оценили бы подоб-
ную коляску. Сам вид такой коляски говорил бы о несокрушимой ин-
теллектуальной мощи СССР и соответственно огорчал бы и сдерживал
потенциальных противников. А внутренние враги советской власти
круто меняли бы своё мировоззрение и просились в ВКП(б).
В крайних случаях (к примеру, как в Сталинграде в конце 1942
года) в таких милитаризованных детских колясках могли перевозить-
ся боеприпасы, пулемёты, а то даже и не очень крупные раненые
бойцы. Боевое же использование детских колясок повышенной прохо-
димости и грузоподъёмности -- это, наверное, уже слишком. Но я
бы совсем решительно не отмахивался и от такой идеи.
Война -- это не только кто кого передумает, но и кто кого пере-
транспортит. Процентов, может, на 30 мы обязаны катастрофой 1941
года проблемам транспортировки, в том числе транспортировки на,
так сказать, микроуровне. Ведь наверняка очень часто оказывалось,
что возможность иметь при себе дополнительный всего лишь десяток
килограммов снаряжения (воды, еды, патронов, гранат и т. п.) уве-
личивала возможности бойцов В НЕСКОЛЬКО РАЗ. Это равносильно то-
му, что ц