Александр Бурьяк

Массовые заскоки как феномен,
неявно образующий социальный ландшафт

bouriac@yahoo.com На главную страницу
В просторечии заскок (он же заморочка) -- это устойчивая кон- центрация индивида на некоторой абсурдной идее вопреки обстоя- тельствам и рациональным критическим доводам. По-английски "заскок" -- kink, по-немецки -- Schrulle (f), по- французски -- absence (f), по-польски -- bzik и т. д. То есть, заскок -- это феномен, людьми более-менее замечаемый, но только если он в проявляется малых и простых формах. Между тем, в более сложных формах он в значительной части формирует картину совре- менной интеллектуальной и политической жизни. Эту картину невоз- можно более-менее убедительно объяснить, если не пользоваться понятием заскока. Тема заскоков -- непопулярная, потому что существенно подрывная в отношении политических партий и церковных организаций и доволь- но оскорбительная в отношении большинства людей. Заскок может иметь чисто внутреннюю непосредственную причину -- ошибку мышления -- либо дополнительно поддерживаться внешними обстоятельствами. Заскок отличается от каприза (англ. whim, fancy) устойчивостью. Заскок всегда опирается на некоторые инстинкты, но связь с инс- тинктами оказывается опосредствована некоторыми умопостроениями, и эти инстинкты сами по себе не являются определяющими в сущест- вовании заскока, а становятся определяющими только вместе со свя- зующими умопостроениями. В основе заскока всегда лежат какие-то сбои в функционировании здравого смысла, не ведущие непосредственно к очевидному сущест- венному ущербу. В обществе зачастую имеют место ГРУППОВЫЕ заскоки. В формирова- нии групповых заскоков участвуют инстинкт подражания и инстинкт солидарности. На основе групповых заскоков возникают ЗАСКОЧНЫЕ КОМПЛЕКСЫ -- устойчивые идеологическо-организационные несубъектные образова- ния, способные, на манер организмов, защищаться, поддерживать постоянство своих базовых особенностей, осваивать ресурсы, расти, адаптироваться, размножаться, даже ограниченно развиваться. Схема развития процесса мыслительно-поведенческого нарушения: индивидуальный заскок -> групповой заскок -> заскочный комплекс. Заскочный комплекс вовлекает в себя не только тех людей, кто подверглись заскоку, но и тех, кто всего лишь используют чужую заскочность, не страдая заскоком сами. Заскок -- это не психическое нарушение, а форма проявления слабости интеллекта. К заскокам близки фобии (навязчивые чрезмерные страхи) и обсес- сии (навязчивые мысли и влечения). Есть сходства между заскоками и психозами (наклонностью к неадекватным психическим реакциям). К заскочным комплексам близки массовые психозы (психические эпиде- мии, в основе которых -- подражаемость и внушаемость). От заскока надо отличать 1) оригинальничание, 2) упрямство. Заскок может иметь примесь и того, и другого, но то и другое -- НАМЕРЕННЫЕ, сознаваемые отклонения от рационального, тогда как заскок -- отклонение несознаваемое. Традиция и мода -- разновидности заскочных комплексов. Тотали- тарные секты -- особо яркая разновидность заскочных комплексов. Заскочные комплексы -- это формы существования иррациональности в обществе. В пределах заскочных комплексов возникают общественные движе- ния, общественные объединения, учреждения, предприятия. Заскочные комплексы обзаводятся собственной идеологией, образу- ют собственную виртуальную реальность, собственную микрокультуру, собственную "иммунную систему" для защиты от вторжений и измене- ний. Заскочный комплекс, охвативший сколько-нибудь большое число индивидов, образует собственную экономическую микросреду, внутри которой оказываются возможными специфические виды производства, торговли, обслуживания, ориентированные на спрос, характерный только для людей, вовлечённых в конкретный заскок. В пределах заскочного комплекса можно общаться, кормиться, са- моутверждаться и т. д. -- в общем, можно ЖИТЬ. Заскочный комплекс -- это условная реальность, привычная микросреда, в пределах которой находиться много комфортнее, чем вне её. Чем больше людей вовлекается в заскочный комплекс, тем больше их масса воздействует на их стадный инстинкт, а также на стадный инстинкт ещё не вовлечённых посторонних, и тем труднее для них становится осознание абсурдности их заскока. Далее, даже если кто-то из них и приходит к осознанию его абсурдности, это ещё не означает, что возникает стимул для выхода из заскочного комплек- са. Дело в том, что существовать в рамках заскочного комплекса зачастую материально выгодно, малоопасно и психологически ком- фортно. Участие индивида в заскочном комплексе оказывается средс- твом самореализации, кормления, продвижения к власти в обществе. Большинство людей, охваченных заскочным комплексом, получает через него в основном эмоциональное удовлетворение, меньшинство зарабатывает через него на жизнь и делает свою карьеру. Заскочное всегда хоть чем-то вредит: хотя бы тем, что подавляет в людях рациональность, критическое мышление. Всякий заскок ущер- бен и опасен уже просто потому, что он -- заскок, а не преходящее осторожное мнение ищущего, развивающегося, самокритичного ума. Чем избыточнее ресурсообеспеченость общества, тем больше за- скочных комплексов оно в состоянии выдержать. И появление этих комплексов обычно не заставляет себя ждать. Но заскочность, ввиду своей абсурдности, ослабляет общество, поэтому можно говорить о циклах изменения уровня заскочности: рост благосостояния -> рост заскочности -> падение благосостояния -> рационализация массового сознания -> рост благосостояния -> Любой существенно подкреплённый идеологией общественный строй является в некоторой степени заскоком, выход из которого невозмо- жен без событий катастрофического характера. В пределах большого заскока могут развиваться не противоречащие ему заскоки поменьше. Современное общество существенно иррационализировано: оно пред- ставляет собой скорее нагромождение заскочных комплексов, а не разумно спроектированную конструкцию. Рациональность в пределах заскока и относительно заскока (отно- сительно его "аксиом") является в объективном отношении иррацио- нальностью. Причины существования заскочных комплексов: 1) подражательность людей и их потребность в одобрении со стороны себе подобных; 2) слабость типового человеческого интеллекта в сравнении с нарастающими сложностями общественной жизни; 3) стремление людей не непосредственно к безопасности, доминиро- ванию, размножению и т. п., а к эмоциональному комфорту (а он может достигаться и в ущерб безопасности и т. п.). Индивид принимает заскочные идеологемы за истинные в основном потому, что они разделяются большим числом других людей. И он оказывается стойким приверженцем заскока в основном потому, что благодаря этому чувствует себя членом коллектива и получает одоб- рение и поддержку со стороны себе подобных. Индивид может видеть ущербность заскочных установок, но, тем не менее, придерживаться их, чтобы обеспечить себе безопасность и выгодный социальный статус. Если индивид высказал некоторую идею или начал её реализацию, то отказаться от неё без некоторого ущерба для себя (своей репу- тации, своего положения в обществе), он, скорее всего, уже не сможет, поэтому, даже разочаровавшись в этой идее, он нередко выбирает сохранение своей видимой позиции по отношению к ней как меньшее зло. Если в обществе западного типа нарастает сложность общественной жизни, то нарастает и её заскочность. Большинство людей не способно на сложное критическое мышление в принципе, поэтому в состоянии вести свою интеллектуальную жизнь только в рамках тех или иных заскочных комплексов. Можно забо- титься о том, чтобы эти комплексы хотя бы были полезнее. Заскочные комплексы в обществе, в индивидах накладываются один на другой. Бывают взаимно враждебные заскочные комплексы. Между однотипными, но не враждующими между собой заскочными комплексами зачастую нет чётких границ, а есть плавные концепту- альные переходы. Попытка рациональной критики "аксиом" заскока, как правило, вызывает реакцию не рациональную, а эмоциональную: люди любят свои заскоки. Вытащить заскочного индивида из его заскока можно, лишь опрясь на другой заскок этого же индивида и компенсировав инидивиду его эмоциональную потерю, то есть, наладив ему переживание того же чувства уверенности в себе, но уже по другому поводу. Критике заскочного комплекса, заявляемой извне, обычно противо- поставляется внутризаскочная контркритика, которая оказывается для вовлечённых в заскок людей более убедительной -- хотя бы потому, что она до них легче доходит. * * * Заскокам подвержены в основном люди с заскочным складом личнос- ти. Черты заскочного склада психики: - доминирование эмоционального над рациональным; - коллективизм (стадность); - нескептический склад ума. Заскочный склад психики присущ большинству людей, но, конечно, в разной степени. Заскочник может отвергать современность, даже воевать с большей частью общества, но, в отличие от маньяка, он всегда член коллек- тива единомышленников. * * * Людьми манипулируют через их заскоки. Направления манипулирова- ния: - уплощать интеллект; - связывать спорами по поводу заскока и враждебных ему заскоков; - натравлять на носителей враждебного заскока; - отвлекать от чего-то внимание посредством культивирования заскока. * * * В любой области деятельности приходится в основном иметь дело не с просто разными точками зрения на одни и те же вещи, а с раз- ными заскочными комплексами, которыми эти точки зрения подкрепля- ются. То есть, в попытках перетащить людей на свою сторону в не- котором деле упираешься не столько в какую-то аргументацию, пре- тендующую на рациональность (и более-менее преодолимую посредст- вом корректных доводов), и даже не в эмоциональные потребности (они понятны, узнаваемы, предсказуемы), а в довольно рациональные враждебные интересы, удовлетворяемые в рамках всяких условных, но довольно устойчивых эрзац-реальностей, сложившихся на абсурдной основе. * * * Условная реальность -- это то, что существует (не физически или не вполне физически) только потому, что люди признают его сущес- твование, поскольку так повелось и поскольку они (не все) счита- ют, что это облегчает им жизнь. Примеры элементов условной реаль- ности: законы, деньги, боги, аристократические титулы, учёные звания, должности и т. п. * * * Заскочный комплекс -- это условная реальность, надстройка над "реальной" реальностью, закрывающая к ней доступ. Чтобы быть эф- фективным в обществе или хотя бы выживать в нём, надо считаться с его условными реальностями. Истина -- это то, что принято в обществе рассматривать в качестве таковой, а не то, что соответс- твует неким объективным критериям. Эффективное, полезное в услов- ной реальности может быть очень неэффективным, вредным в "реаль- ной" реальности. Из-за этого расхождение условной реальности и "реальной" реальности может привести к накоплению "реальных" проблем и впоследствии к катастрофе, которая уничтожит тех, кто живут в условной реальности. * * * Всякое религиозное движение, всякая политическая партия -- это заскочные комплексы. Карьеру в них делают не те, кто адекватнее воспринимают ПЕРВИЧНУЮ реальность и предлагают более эффективные относительно этой реальности действия, а те, кто лучше вжились в коллективно культивируемые фикции и предлагают что-то более эф- фективное относительно этих фикций. * * * Некоторые существенные заскочные комплексы белой цивилизации в текущее время: 1. "Права сексуальных меньшинств". 2. Инорасовые "беженцы". 3. Антирасизм. 4. "Свобода" и "демократия". 5. "Холокост". 6. Антисемитизм. 7. "Современное искуство". 8. Автомобилизм. 9. "Прогресс". 10. Русофобия. 11. Компьютеризация, интернетизация. Особо страстные культы известных людей -- это тоже заскочные комплексы. Как правило, заслуги и личные достоинства этих людей сторонниками их культов существенно преувеличиваются, а ошибки, слабости и неблаговидные поступки игнорируются или оправдываются. Из-за этого оказываются в пренебрежении чуть менее значительные деятели, а историческая картина в целом получается упрощённой, искажённой и мало полезной в качестве основы для суждений. В рас- хожих трактовках образов некоторых выдающихся персон отклонение от реальности бывает довольно большим. К примеру, в постсоветской России в чрезмерно приукрашенных пребывают следующие неоднознач- ные герои: Михаил Ломоносов Александр Суворов Михаил Лермонтов Михаил Скобелев Дмитрий Лихачёв Андрей Тарковский Олег Даль братья Стругацкие Сергей Королёв Владимир Высоцкий Булат Окуджава В связи с вопросом о потенциале заскочности в русском народе, обусловленном русской национальной культурой и русским националь- ным характером, полезно вспомнить сравнительно недавнюю историю с поклонением юродивому Ивану Корейше (Русской православной церкви хватило здравости не сделать из него святого). Иван Яковлевич Корейша (1783-1861) неимоверно почитался как блаженный, ясновидящий и прорицатель. 47 лет провёл в психиатри- ческих больницах (его поклонники наведывались к нему туда). О нём писали Ф. М. Достоевский, А. Н. Островский, Н. С. Лесков и Л. Н. Толстой, И. А. Бунин и др. В молодости он получил религиозное образование, после преподавал некоторое время, а потом его потя- нуло на подвиг юродства. Показательно не то, насколько он удачно предсказывал, исцелял и т. п., а то, как он жил и какие крайние формы приняло, тем не менее, поклонение ему. Из Википедии: "Приносимую ему на завтрак, обед, ужин еду он превращал в меси- во и в таком виде ел сам и угощал ею окружающих." "Иван Яковлевич получил отдельную просторную палату, но гуман- ные нововведения Саблера встретил в штыки, скинув с постели чис- тое бельё на пол и, примостившись в углу, оградил себя чертой, которую никогда не преступал сам и которую не позволял преступать никому." "Его нетребовательность к себе граничила с полной нечистоплот- ностью. Палата, где находился больной, была необыкновенно гряз- ная, при этом, по настоянию Ивана Яковлевича, она почти никогда не убиралась, а нечистотам юродивого находилось самое разнообраз- ное применение." "По воспоминаниям доктора Дюмуляна (Демулена), помещение Корейши походило на логово животного, а не на медицинскую палату. 'Сам Иван Яковлевич лежал на полу, на слое песка, прикрытый лоскутным и настолько грязным одеялом, что от одного его вида тошнота подступала к горлу: а грудь покрыта волосами и грязью. Подушки тоже покрыты грязью и жуткими слоями сала'." "Юродивый мог порой грубо издеваться над своими гостями: моло- дых девушек посадить к себе на колени, а пожилым женщинам гово- рить скабрезности, заворачивать им платья, облить или обмазать их, кидался всем, что попадалось под руку, или наоборот заставлял посетителей убирать за собой, а то и просто вываливал еду гостю на голову." И. Пыжов ("26 Московских лже-пророков, лже-юродивых, дураков и дур"): "Еще при жизни Ивана Яковлевича, когда он лежал недвижим, а из-под него текло, служителям ведено было посыпать пол песком. Этот-то песок, намоченный из-под Ивана Яковлевича, поклонницы его собирали и уносили домой, и песочек от Ивана Яковлевича стал оказывать врачебную силу. Когда же умер он, то многие приходили издалека и покупали песочек у сторожей. Песочек стал истощаться, а цена ему возросла, и вот прозорливые сторожа носили песок со двора, мочили его уж из-под себя и продавали, но, несмотря на всё это, сила в песочке оставалась та же самая. Одна из таких-то поклонниц, купившая песочек, вылечила им своего сына, ребенка. Разболелся у ребенка животик, мать и дала ему в кашке полложечки песочку, и ребенок выздоровел. Скорбная весть о смерти его быстро пронеслась по всем концам Москвы: множество поклонников спешило к нему из-за Яузы, из Таганки, из Замоскворечья, и все несли ему уксусу, спирту, духов, масел для умащения его тела. Два дня стоял он в своей комнате, и масса народа не отходила от него, прикладывалась к нему и помазывала его для уничтожения появившегося зловония. Благоразумные же поклонники, опасаясь, что от усердного натирания труп окончательно испортится, сочли нужным вынести его в часовню. Из опасения, чтоб не украли тело Ивана Яковлевича, стоявшее в часовне, сначала приставили к нему сторожа, а потом внесли в церковь, откуда уже никак нельзя было его украсть. Во все это время шли дожди и была везде страшная грязь, но, несмотря на то, во время перенесения тела из квартиры в часовню, из часовни в церковь, из церкви на кладбище женщины, девушки, барышни в кринолинах падали ниц, ползали под гробом, ложились по дороге, чтоб над ними пронесли гроб. Принесли его в церковь. Вату, которой заткнуты были у покойника нос и уши, после отпевания делили на мелкие кусочки. Наконец, многие приходили к гробу с пузырьками и собирали в них ту влагу, которая текла из гроба. Должно думать, что и эта влага будет оказывать целебное действие на детей. Срачицу, в которой умер Иван Яковлевич, разорвали на кусочки. Пришли солдаты его обмывать, но женщины вытолкали солдат вон, как недостойных, и сами его обмыли, и ту воду, которой обмывали, тут же выпили. Некоторые изуверы, по уверению многих, отгрызали даже щепки от гроба." Из того же ряда, но менее ненормальная личность -- Порфирий Иванов. Григорий Распутин -- тоже где-то поблизости. Достижению крайних, особо абсурдных степеней заскочности способствуют: - большая численность охваченных заскоком; - относительная изолированность охваченных заскоком от тех, кому заскок чужд; - большой промежуток времени, в течение которого заскок имел возможность беспрепятственно развиваться; - отсутствие у влиятельных субъектов существенного интереса в противодействии развитию заскока; - подготовленность культурной почвы для развития заскока: наличие более-менее положительно воспринятых прецедентов. * * * К феномену заскочности близок по механизму работы и по абсурд- ности её результатов феномен косячности. В обществе эти два фено- мена могут развиваться во взаимосвязи. Ключевое различие между ними состоит в том, что заскочный индивид верит в общественную полезность того, что делает, а косячный индивид не верит в общес- твенную полезность того, что делает, а верит только в полезность косяка для своей карьеры. (Слово "косяк" точнее выражает суть феномена, чем слово "клан": косяк возникает для движения и имеет вид клина.) Как известно, карьеристы двигаются "наверх" преимущественно не в индивидуальном порядке, а косяками. Косяк -- это неформальная иерархия добровольного подчинения, образующая клин, который про- бивается "наверх" в формальной иерархии подчинения. Создать и потом вести "наверх" собственный косяк очень трудно: много проще пристроиться за лидером. Встраиваться в косяк, лидер которого уже добрался до "верха", -- это менее выгодно: движения "наверх" вместе с косяком уже не будет. Правда, в этом косяке могут возникнуть перспективные суб- косяки, ещё способные двигаться "наверх" в его теле. Если лидер косяка высказал или затеял какую-нибудь чепуху, то членам косяка и кандидатам в него надо энергично поддерживать эту чепуху независимо от своего мнения о ней. Иначе косяк потеряет живучесть и пробивную силу. "Пока мы едины, мы непобедимы". Осно- ва единения, конечно, важна, но ещё важнее само единение. Если не будешь энергично и слепо поддерживать вождя, то не пристроишься в косяк, а если ты уже там, то вылетишь из него. Вне косяковых отношений "ведущий-ведомый" вполне возможны такие явления, как конструктивная критика и её позитивное восприятие критикуемым с последующей переменой им своих мнений, а то даже, бывает, и уступкой своего места более толковому человеку -- ради пользы дела, тогда как в пределах отношений "ведущий-ведомый" та- кое почти невозможно: лидер предпочитает упорствовать в своей не совсем явной чепухе, а не исправлять свои большие ошибки. Про- бивная сила коска -- в его сплочённости, а не в его адекватности обстоятельствам. Время от времени ошибается любой человек, но до ошибок "малень- ких" людей нет никому дела, и "маленькие" люди имеют возможность исправлять свои огрехи без ущерба для своей репутации и своего положения: признаваться в содеянном, выслушивать критику, испра- шивать советы. У вождей же не так: им нужно благоговение, почти- тельное смотрение на них "снизу вверх", иначе они увязнут в спо- рах и оправданиях, так что на пробивную работу не останется сил. Быть заловленным на ошибке -- это в любом случае неприятно, но для вождей это может означать радикальную перемену в худшую сто- рону: чем выше заберёшься, тем больнее падать. Можно даже раз- биться насмерть. Стремление двигаться "наверх" и удерживаться там, косячность, конкурентная борьба -- существенные непосредственные причины рас- пространения ущербных идей и реализации ущербных решений. Об огромной значимости косячности в карьере и об опасности критикования начальства известно каждому более-менее успешному карьеристу. Новизна подхода здесь -- в приписывании косячности существенной вины за абсурдизацию общества. Карьеристские кося- ки, поддерживая идейки и решеньица своих вождей, нейтрализуют в обществе интеллектуальность. Декосячизация управления достигается устройством "прозрачных" "социальных лифтов", работающих по формальным правилам.

Литература:

Непосредственно по данной теме литература, похоже, отсутствует. То есть, по-видимому, я в этой теме первый и последний.

Возврат на главную страницу            Александр Бурьяк / Массовые заскоки как феномен, неявно образующий социальный ландшафт