В первый раз я упёрся в величие римских войск в возрасте шести
лет -- при просмотре румынского фильма "Даки" режиссёра Серджиу
Николаеску. Этот фильм так сильно впечатлил меня, что я смотрел
его подряд четыре раза, проникая со своим малолетним приятелем в
зрительный зал через какую-то заднюю дверь. Дело происходило в
неком белорусском санатории, в котором я "отдыхал" (точнее, коне-
чно, работал над собой) с матерью. В те времена я был энергичный,
ушлый, очень тянулся к знаниям и верил в прогресс.
Не важно, что я несколько припоздал со здешними своими предло-
жениями: некоторые вещи, можно сказать, более-менее вневременные.
И я, кстати, не припоздал, а задержался -- вследствие занятости
другими "реформами".
* * *
Из того, что мне у римлян особенно сильно не нравится.
1. Таскание легионерами своего имущества не в заплечном ранце или
чём-то древнем похожем (в перемётной суме, скажем), а на какой-то
рогатине.
Рогатина -- это ведь дополнительная тяжесть и давление на пле-
чо. Нет, я догадываюсь, что рогатину могли потом как-то добавочно
использовать (при разворачивании палатки, к примеру, или для
сталкивания вражеских кавалеристов с их лошадей; в крайнем случае
в качестве дров).
Кстати, в функции кольев для палаток можно было употреблять
копья. Получалось бы двойное применение и дополнительное оружие,
что в походах, вроде, не лишнее.
К тому, что я, может быть, ожидал от римлян использования идеи,
которая людям в головы ещё не приходила. С сайта alpagama.org:
"Возраст первого известного рюкзака -- свыше пяти тысячелетий.
В 1991 году на леднике Симилаун в Эцтальских Альпах в Тироле два
немецких туриста нашли мумию тирольского ледяного человека или
Эци. 45-летний хозяин заплечного мешка погиб в 3300 году до
нашей эры. Лед сохранил и его вещи, в их числе каркас из орешника
— основа первого дошедшего до нас 'рюкзака'."
"Это деревянная рама с двумя перекладинами, на которую навеши-
вался груз -- мешок из шкур. Специалисты постарались воссоздать
первый рюкзак. Его можно было увидеть в Музее естественной исто-
рии Дортмунда."
2. Создание укреплений лагеря каждый вечер в походе. Рылся ров,
насыпался вал, на валу устанавливался частокол из кольев, которые
легионеры тащили на себе, по две штуки на брата. Итого на плечах
каждого рядового легионера были аж ПЯТЬ... эээ... дрынов: два
пилума, два кола для ограждения да ещё рогатина, на которую при-
вязывались всякие вещи (больше было не к чему, да? а к кольям
хотя бы?!).
Колья были не особо длинные, после их вкапывания легионер из-за
них был виден и мог (точнее, должен был) махать поверх них мечом.
С учётом наличия небольшого рва и небольшого вала какая-то польза
от кольев была: они защищали ноги легионеров от стрел и не позво-
ляли противнику взбегать на вал. Сила защитников благодаря этому
как бы возрастала, наверное, раза в два-три.
Ограждение вокруг лагеря вдобавок делалось прямоугольное, а не
круглое, а значит, оно было более длинным, чем могло бы быть. И
оно к тому же сооружалось не почти впритык к палатками, а в уда-
лении от них, чтобы якобы не долетали камни и дротики (а стрелы
ведь всё равно долетали, причём запросто).
Я считаю, что надо было делать ограждение в виде окружности --
и не рыть для этого землю, а устанавливать одна к другой обозные
тележки, причём не боком, а задом наружу. Заднюю часть тележек
следовало приспосабливать к использованию в качестве боевого
ограждения: делать её высокой, прочной, с откидывающимся вниз
щитком (чтобы враги не подползали под тележками), и утыкивать
острыми гвоздями.
Вместо рытья рва надо было разбрасывать перед стеной тележек
острые железки, пропарывающие обувь и ступни всадников и застре-
вающие в копытах лошадей. При сворачивании лагеря собирать эти
железки для следующего раза.
Подобные железки -- вполне доступный для древних аналог совре-
менных противопехотных мин (кстати, разбрасывать их можно было и
катапультами). В темноте они особенно опасны. Правда, через по-
добные "минные поля" легко прокладывать пути укладкой деревянных
щитов, но надо ведь знать, где эти "поля" располагаются, да и
страшно ходить там, где в траве может скрываться ТАКОЕ. Но можно
применять обувь на толстой деревянной подошве. Но лошадям такую
обувь не наденешь. И какая-то крупноватая хрень, торчащая пусть и
в толстой подошве, всё равно снижает воину способность передви-
гаться. И любая помеха отрицательно сказывается на боеспособнос-
ти.
Исключение земляных работ при разбивке лагеря экономило бы ле-
гионерам несколько часов тяжких трудов и соответственно повышало
бы мобильность и боеспособность римской пехоты.
3. Римский сапог (caliga) с открытыми пальцами. Меня эта откры-
тость пальцев приводит в ужас: против неё орёт мой личный опыт
лазания по зарослям на берегах того же Средиземного моря. Надо
было всё же делать сапоги с ЗАКРЫТЫМИ пальцами [как у моих берцо-
вок], пусть это и сложнее. Ноги бы лучше защищались, а хоть бы и
от колючих растений. А ещё от пресловутых скрупулосов. Это повы-
сило бы походные и боевые возможности легионеров.
Если совсем уж размахиваться, то носки сапог следовало делать
вдобавок жёсткими, чтобы враг в рукопашных схватках не имел воз-
можности отдавливать легионерам ноги.
Высококачественный римский сапог мог стать одним из прекрасных
символов империи наряду с Колизеем, Пантеоном и т. п., и можно
бы было изрекать с важным видом, что римский сапог свят, и тыкать
в него современных недоумков, гробящих своих солдат плохим снаря-
жением.
* * *
Напрашиваются дополнительные применения замечательных римских
прямоугольных щитов [с эмблемой радиотехнических войск Советской
Армии: сравните сами]. Можно было предусматривать соединение щи-
тов вместе (связывать через какие-то петельки). И можно было
брать щиты в поход с запасом -- в расчёте на потерю в боях и на
дополнительные применения.
Как можно было использовать связанные вместе щиты:
- как быстро сооружаемую крышу в случае сильного дождя;
- как полевое ограждение от стрел;
- как настил для преодоления топких мест.
Возможные дополнительные применения отдельного щита:
- стол;
- то, на чём сидеть;
- то, на чём спать.
Щиты-то у римлян были несколько изогнутыми для лучшей защиты
воинов, но дополнительные щиты можно было делать и без изогнутос-
ти.
* * *
Надоело читать про то, что использованию римскими кавалеристами
копий для тыкания (а не для метания) препятствовало отсутствие
стремян, ещё не пришедших с Востока (а то, может, ещё и не изобре-
тённых там). Без стемян кавалерист-копейщик якобы рисковал вытолк-
нуть сам себя своим копьём из седла при встрече этого копья с пре-
пятствием (как будто он атаковал стены -- или рыцарей в тяжёлых
доспехах).
С