Владимир Вернадский... Какой образованец не знает этого гром-
кого имени? Какой русскоязычный профессор не норовит при случае
упомянуть его в своей дурацкой лекции, чтобы придать ей блеска?
Сегодня Вернадский популярен неимоверно: четыре миллиона ссылок
в поисковой программе yandex.ru -- это не лишь бы что. Для срав-
нения:
Менделеев 2 000 000
Циолковский 741 000
Бехтерев 650 000
Капица 462 000
Бутлеров 440 000
Ферсман 149 000
Пиететное поминание Вернадского стало признаком не лишь бы
какого интеллектуализма.
Короче, в современном русском мифе о русской науке Вернадский
-- фигура ключевая. Это в некотором смысле опора господствующей
ныне идеологии "прогресса".
Протрынживать мне уши Вернадским стали ещё в начале 1980-х. А в
конце 1980-х я даже сподобился купить книжку его новоизданных
трудов о "ноосфере" и пр. и даже попробовал читать её, но ничего
меня в ней не привлекло: какие-то обтекаемые вещи непонятно
зачем.
У меня не вызывают неприятия, к примеру, Менделеев, Бехтерев,
Бутлеров, Сеченов, даже Ферсман -- несмотря на свои огромные
успехи в науке. Бедняга Циолковский и вовсе нарывается на приливы
сочувствия. Иван Павлов уже менее симпатичен, потому что собак по
любому поводу резал. А вот в случае с Вернадским что-то совсем
не то: моё подсознание его не принимает. Быть может, в моей про-
шлой жизни, когда я был котом или кем-то вроде того, Вернадский
самолично сжёг меня в своём лабораторном автоклаве.
И вот пришла пора с этим делом разобраться.
* * *
В Википедии Владимир Вернадский (1862-1945) проходит по разряду
русских космистов -- наряду с Николаем Фёдоровым, Константином
Циолковским и Александром Чижевским. Причина этого в том, что его
конкретно-научные работы уже выполнили свою функцию в прошлом и
были перекрыты научными результатами позднейших исследователей, а
его рассуждения на общие темы -- в известном смысле бессмертны.
* * *
Тезисы о Вернадском:
1. Выдвижение Вернадского в авторитетные интеллектуалы в значи-
тельной степени обусловлено его благоприятным происхождением
и относительной малочисленностью интеллигенции в его время, а
не его личными достоинствами и качеством его идей. По части
приёмов умственной работы и "пробивания себе дороги" у него
нет или почти нет особо оригинального и сильного.
2. Вернадский стал широко известен не столько благодаря своим
конкретным научным исследованиям, сколько благодаря выступ-
лениям на масштабные научные темы, а также газетным статьям о
научно-техническом "прогрессе" и т. п. и деятельности в
конституционно-демократической партии.
3. Вернадский -- символ дурного в науке: сакрализации "разума",
веры в благостность и "всесилие" науки, установки на безудерж-
ный "прогресс", на разрушение сложившейся среды обитания.
4. Вернадскизм был довольно сомнительной идеологией уже во
времена Вернадского: имелось достаточное количество фактов,
говоривших о нерациональности и разрушительности "прогресса",
и даже высказывались критические мнения по его поводу. То
есть Вернадскому вполне было можно проявлять свою проница-
тельность в направлении, противоположном тому, в котором он её
проявлял.
5. Вернадскизм подлежит искоренению. Его место -- в истории.
* * *
Наверное, одно из лучших пособий по Вернадскому -- апологетская
книга Льва Гумилевского "Вернадский", неоднократно издававшаяся в
СССР. Книга оставляет впечатление написанной добросовестно и ка-
чественно, если не считать неопределённости по части политических
воззрений Вернадского, но такая сдержанность автора вполне понят-
на.
Я начал читать эту книжку в блаженно-нейтральном состоянии ду-
ши, надеясь побольше взять себе у великого человека всяких идей и
методов, но чем дальше я углублялся в чтение, тем больше волосы
мои становились дыбом.
Гумилевский об условиях интеллектуальной работы светила:
"Под кабинет у Вернадских всегда отводилась самая большая
комната. Вдоль стен, в простенках между окнами стояли открытые
книжные полки, возле полок -- столы, на окнах -- цветы, в свобод-
ном уголке -- широкий диван и где просторнее -- венская плетёная
качалка. Три письменных стола возле разных полок предназначались
для занятий: один -- минералогией, другой -- историей науки,
третий -- диссертацией на учёную степень магистра геологии и
геогнозии." (Гум., стр. 9)
Verdammt, три письменных стола! Мне до сих пор даже один некуда
впихнуть! А ведь Вернадский ещё даже не магистр! Самый простой
способ обеспечить кого-то тремя письменными столами -- не обеспе-
чить двух других человек ни одним. Разумеется, либерал сделает по
этому поводу два веских замечания: 1) лично он знает верный спо-
соб обеспечить письменными столами ВСЕХ, не отбирая ничего у
вернадских, 2) я -- Шариков.
Вообще говоря, большинство великих авторов и исследователей
обходилось ОДНИМ столом, насколько можно судить по их героическим
биографиям. Три стола -- это не только из разряда "мог себе поз-
волить", но также из разряда "не хватало способностей уложиться
в один стол". Вопрос избыточных столов особенно обострился в
настоящее время -- в период усугубления проблем природопользова-
ния: чем больше столов, тем меньше деревьев.
* * *
О том, что великий ум надо вскармливать яркими впечатлениями
уже с детства:
"В летние каникулы, при переходе из первого во второй класс,
Володя совершил с отцом первое заграничное путешествие. Главной
целью поездки была международная выставка в Вене..., и Вернадские
выехали всей семьёй, даже с няней и воспитательницей."(Гум., стр.
18)
В Вену я таки тоже съездил, но без няни и воспитательницы. Про-
изошло это случайно и в возрасте, когда удивляться и развиваться
было уже поздновато. Нет, разумеется, душителю кошек Вернадскому
я не завидую: я умиляюсь его счастливым жизненным обстоятельст-
вам, потому что мне самому они были бы совершенно ни к чему и
потому что я вообще считаю себя человеком второго сорта, над
которым всегда должны быть в виде руководящей силы какие-нибудь
вернадские, иначе он не в состоянии будет добывать свой кусочек
хлеба насущного. Но если бы мне всё это действительно было нужно,
я непременно завидовал бы, потому что не вижу в зависти ничего
порочного кроме того, что она выдаёт отсутствие у тебя чего-то
очень тебе желательного. Позволить себе не завидовать может тот,
у кого уже есть то самое, чему можно завидовать. А кто не имеет,
но не завидует, тот либо не нуждается, либо обманывает себя, либо
страдает эмоциональной уплощённостью и общим упадком сил. Зависть
хороша тем, что побуждает к деятельности. Слава Богу, я пока ещё
в состоянии завидовать.
Про "завидовать -- нехорошо" говорят те, кто боится чужой
зависти (точнее, того, что некоторые перейдут от чувств к делу),
а также те, кто скрывает своё незавидное положение, а ещё недо-
развитые интеллектуально, клюющие на демагогию тех и других.
Сначала у меня была мысль, что в таких комфортных условиях, как
у Вернадского, вполне можно было натворить чего и получше, чем
"теория ноосферы" и пр. Но я вовремя спохватился: не так. Человек
радикальнее думает и резвее строчит, когда его подгоняют голод,
ненависть, ревность, зависть, страх и т. п. Комфорт же расслабля-
ет, делает благодушным, самодовольным, ленивым. Проблемы беднос-
ти, войны, жилищной неустроенности, трудовой перегрузки и т. п.
-- типичные не только для XIX-XX веков, а для человеческого бытия
вообще -- не были ЛИЧНЫМИ проблемами Вернадского, поэтому если он
и присовокуплялся к их решению, то не самым эффективным образом:
он полагал, что от этих проблем людей так или иначе избавит "про-
гресс". Его жизнь прошла в особом благоприятном мирке, выстроен-
ном для таких, как он. Чтобы изуродовать науку, надо закармливать
учёных. В случае Вернадского с этим справились вполне.
* * *
Об отношении Вернадского к земельному вопросу в России, 1885
год:
"Осенью его ввели во владение Вернадовкой, где по наследству от
отца ему досталось пятьсот десятин земли." (Гум., стр. 38)
О том, когда Вернадского ВЫВЕЛИ из владения Вернадовкой, найти
сведения не удалось. Наверное, в октябре 1917-го.
Крепкий крестьянский надел составлял в то время десятин 30.
Таким образом, Вернадский, по видимому, имел нетрудовой доход в
виде арендной платы приблизительно с 15 крестьянских семей: не
бог весть что, но всё-таки подспорье в научной и политической
деятельности.
Нет, Вернадский наверняка был хорошим барином: он же, к приме-
ру, организовывал людям благотворительное питание во время голо-
да. Но сложность в том, что некоторым не хочется быть даже под
хорошими барами, некоторым хочется стать барами самим, а некото-
рым не живётся спокойно, если хотя бы где-то в мире ещё сохраня-
ется барство.
* * *
О том, как тесть Вернадского Старицкий, отмазал молодого гения
перед министром просвещения Деляновым после того, как вскрылась
близость Вернадского к революционному кружку, в который входил
Александр Ульянов:
"Посланная Делянову карточка Старицкого, председателя департа-
мента законов Государственного совета, побудила министра немед-
ленно выйти к нему и пригласить в кабинет. И т. д." (Гум., стр.
49)
* * *
1905-й год:
"На решётке Александровского сада был застрелен ученик Вернадс-
кого А. Б. Лури. Владимир Иванович напечатал в 'Русских ведомос-
тях' гневную статью, посвящённую памяти невинной жертвы." (Гум.,
стр. 78)
Вернадский и евреи... В жизни великого русского человека, как
правило, отыскивается еврейский след. А если кто-то вопреки чему-
то не стал великим, в его жизни тоже, как правило, отыскивается
еврейский след... Вообще, по-видимому, русский человек не может
стать значительной фигурой, пока о нём не начнут писать еврейские
журналисты.
Добавление из интернета:
"Письмо В. И. Вернадского Военному Прокурору СССР в Защиту сво-
его ученика, геолога В. А. Зильберминца, арестованного органами
НКВД по сфабрикованному делу..."
Исключительно тёплое отношение к евреям Вернадский наверняка
воспринял от своего родственника -- В. Г. Короленко, много сил
потратившего на защиту в печати несчастного Бейлиса во время
известного процесса по делу о ритуальных убийствах христианских
детей.
* * *
Хождение Вернадского во власть, 1906-й год:
"Бессмысленные мечтания вновь овладевали доверчивыми людьми,
несмотря на продолжающиеся погромы, казни и аресты. Вернадский
согласился выставить свою кандидатуру от университета в Государс-
твенный совет."
"Когда законопроект об отмене смертной казни был большинством
Государственного совета отвергнут, Вернадский подал своё отдель-
ное мнение."
"В июле строптивая Государственная дума была распущена."
"Вернадский в знак протеста вышел из состава членов Государст-
венного совета, уехал вместе с левой группой членов группы в
Выборг и подписал знаменитое Выборгское воззвание."
"На лето же Вернадские, как всегда, отправились за границу."
(Гум., стр. 79-81)
Короче, революция -- революцией, а заграничный отдых -- по рас-
писанию. Иначе в голове не будут рождаться великие мысли.
* * *
Ещё о регулярном отдыхе будущего русского космиста за рубежом:
"Никогда ещё ни одна заграничная поездка не давала так много
творческому уму Вернадского, как несколько недель, проведенных в
Бретани и в Лондоне летом 1908-го года."
"Вернадские приехали сюда отдыхать, и Владимир Иванович удержи-
вал свой ум от привычной деятельности."(Гум., стр. 79-81)
Может, в этом -- рецепт делания русских космистов. Кстати, для
меня отпуск всегда был лишь возможностью ПОРАБОТАТЬ -- над тем,
что мне нравится, но за что не платят.
* * *
"При всех условиях, даже под Новый год, в десять часов он гасил
свет в кабинете и ложился спать." (Гум., стр. 171)
"Первый раз за всю свою сознательную жизнь Владимир Иванович не
поднялся в десять часов, слушая рассказчика." (там же, стр. 137)
Разумеется, я не мог не исполниться чёрной завистью к человеку,
который мог себе позволить каждую ночь в 22.00 отправляться
спать, тем более под Новый год, когда этажом выше ликуют пьяные
соседи, а под окнами недоумки взрывают петарды. Кстати, это
писано в половине первого ночи -- в редкую творческую бессонницу
после тяжёлого рабочего дня, отравленного, как обычно, теми, кто
корёжит этот мир в вернадсковском, так сказать, ключе.
* * *
Вернадский:
"В 1922/23 г. на лекциях в Сорбонне в Париже я принял как
основу биосферы биогеохимические явления. Часть этих лекций была
напечатана в моей книге "Очерки геохимии". Приняв установленную
мною биогеохимическую основу биосферы за исходное, французский
математик и философ бергсонианец Е. Ле-Руа в своих лекциях в
Коллеж де Франс в Париже ввел в 1927 г. понятие "ноосферы" как
современной стадии, геологически переживаемой биосферой. Он
подчеркивал при этом, что он пришел к такому представлению вместе
со своим другом, крупнейшим геологом и палеонтологом Тельяром
де-Шарденом, работающим теперь в Китае. Ноосфера есть новое
геологическое явление на нашей планете. В ней впервые человек
становится крупнейшей геологической силой. Он может и должен
перестраивать своим трудом и мыслью область своей жизни,
перестраивать коренным образом по сравнению с тем, что было
раньше. Перед ним открываются все более и более широкие
творческие возможности. " ("Несколько слов о ноосфере")
Ладно, поговорим о "ноосфере". Лично я разницу между людьми и
саранчой вижу только в том, что саранча хотя иногда и уничтожает
в отдельных местах подчистую свою ресурсную (пищевую) базу, но
всё-таки находится в состоянии равновесия со своей средой обита-
ния, пусть и в виде колебаний возле "точки оптимума", и ресурсная