Александр Бурьяк

Вацлав Гавел как самый хитрый
и самый успешный из диссидентов

bouriac@yahoo.com Другие портреты На главную страницу
Вацлав Гавел
Вацлав Гавел
Вацлав Гавел -- феномен, ускользающий от понимания. Вроде, писатель и диссидент-антисоветчик, а Нобелевскую премию пытались для него выдурить не за литературную деятельность, а за "мир". (Кстати, "Нобелевки" он так и не получил: никакой. Правда, теперь присуждают уже "премию Вацлава Гавела" -- всякой правозащитной шантрапе. Делает это Парламентская ассамблея Совета Европы. Размер премии в 2013 г. составил 60 000 евро.) В качестве автора Гавел не плодовит, но это скорее достоинство, а не недостаток: читателям объять Гавела легче, да и ему самому в своё время было не очень хлопотно сочинять. Вдобавок не слишком опасно: многопишущий человек рискует назадевать своей писаниной такое количество людей в родной стране, что политическая карьера станет для него невозможной, Вацлав же Гавел наш вполне защитился от этого тщательным выбором тем для своих пьес и эссе. Кажется, помимо осуждения тоталитаризма, ни одна острая тема, способная обеспечить человеку неприязнь многих, им не затрагивается. Други- ми словами, Вацлав Гавел как интеллектуал приложился к единствен- ной общественной проблеме, а в остальном этот душка специализиро- вался на защите расплывчатых ценностей, против которых никто и так по большому счёту категорически не возражает, потому что звучат они красиво, а доказывать их нередкий косвенный вред очень затруднительно. О себе и своих заслугах Гавел отзывался скромненько, хотя и без христианского самоунижения. Но про то, что ирония над собой и сдержанная оценка собственных качеств и достижений завоёвывают сердца добропорядочных дураков, я тоже знаю. И я эти вещи тоже подпускаю -- самоиронию и сдержанную самооценку -- но в умеренных количествах, чтобы не выдавать своего жуткого политического и пр. карьеризма. Вдобавок такой подход ослабляет у разных недоброжела- телей стремление высказываться о тебе так же крепко, как ты сам высказываешься о себе и многих других, ибо в отношении тебя него- дяям только и остаётся, что поддакивать, поскольку получается, что этих ничтожных завистливых неудачников, давящихся бессильной злобой по отношению к твоей выдающейся особе, ты блистательно опередил даже в публичной оценке отдельных не совсем хороших продолжений своих неслабых достоинств. * * * В экологии есть понятие "литоральные организмы". Это такие существа, которые обитают на границе двух сред: моря и суши. Вацлав Гавел -- политический литорал, кормившийся на стыке двух социальных систем посредством эксплуатации их взаимной неприязни. В "глубине" любой из этих систем он был неинтересен, не нужен, невозможен. Он -- именно пограничный феномен, человек конфликта. Можно предположить, что Гавел по своему психическому складу не перманентный борец за справедливость, а сибарит и приспособленец: если бы диссидентство не обеспечивало средств существования и не давало шанса на карьеру (политическую, литературную), то он бы и не диссидентствовал, а осваивал бы какое-нибудь другое поприще, не предполагающее больших и однообразных трудовых усилий. Если человек -- лентяй, курилищик и способен спать при шуме, то тюремная отсидка, не сопровождаемая принуждением к труду, оказы- вается ему не очень в тягость. Гавел просто сидит (почитывает, покуривает, выходит на прогулки), а диссидентская карьера его при этом делается почти автоматически, потому что чем длиннее отси- женный срок, тем авторитетнее борец с режимом. (Кстати, я знаю несколько либеральных политических активистов в Белоруссии, пове- дение которых я не могу объяснить иначе, чем предположив, что ИХ УСТРАИВАЕТ СИДЕТЬ В ТЮРЬМЕ, а может, им даже местами и нравится). * * * О происхождении фамилии "Гавел". С.Э. Крaпивенский "Еврейское в мировой культуре": "В Танах входит и такая скептическая книга как Когелет (Эккле- зиаст). Многим известно изречение из нее, гласящее 'Суета сует, все -- суета', и большинство из нас уверены в его римском проис- хождении (Vanitas vanitatum et omnea vanitas). Но вот его перво- начальное, библейское звучание в Когелете: 'Гавел гавалим ... гаколь гавел'." То есть, "гавел" -- на иврите "суета". Правда, скажем, через Потсдам протекает река река Havel, так что наш Гавел может быть Гавелом и по географической причине. * * * Ян Лукеш: "...известный писатель того времени Томаш Ржезач делился воспо- минаниями о Гавеле. Еще при первой их встрече в 1962-м или 1963-м будущий президент показался Ржезачу 'человеком беспредельно самоуверенным, беспредельно высокомерным <...>, который открыто презирал всех вокруг'. Как видно, Гавел многим действовал на нервы задолго до того, как в семидесятые годы стал врагом коммунистического режима # 1. Раздражало то, что уже первая его пьеса ('Праздник в саду', 1963) сразу получила признание -- и не только в Чехословакии. Наверняка тот же вопрос -- 'Кто такой Вацлав Гавел?' -- задавали еще раньше, в середине пятидесятых... Упоминавшийся Томаш Ржезач отвечал на него с пролетарской прямотой: 'Вацлав Гавел родился в октябре 1936 года в семье зажравшихся миллионеров'. Киностудия 'Баррандов', рестораны фирмы 'Люцерна', охотничий домик на Чешско-Моравской возвышенности (а при нем -- 1400 га леса, ежегодно сдававшихся в аренду), дома на пражской набережной -- вот чем владела тогда семья Гавелов. Для начала это было, безусловно, неплохо, да только вот незадача: наступил 1945 год, а за ним и 1948-й. И это сильно изменило судьбу гавеловского рода." "...и мать Гавела, Божена Гавлова, урожденная Вавречкова (1913 - 1970), не смогла дать детям в наследство ничего лучше, чем происхождение из семьи Гуго Вавречки, редактора буржуазной газеты 'Lidove noviny' ('Народная газета'), во времена довоенной чехословацкой республики -- посла в Венгрии и Австрии; с 1932 г. он был директором обувных заводов (известного фабриканта) Бати, а в 1938 г. недолго время занимал пост министра пропаганды." "Но затем наступает период, который будущий президент назвал 'сплошным бесформенным туманом'. Хорошо еще, что гонорары из-за границы позволяли чете Гавелов сравнительно безбедно жить в Градечке, где в конце шестидесятых супруги купили домик. Неожиданное решение главы семьи поступить рабочим на местный пивоваренный завод, где он и проработал в 1974-м десять месяцев, было продиктовано желанием разорвать круг одиночества." "Гавел пытается по-своему решить обрушившиеся на страну проблемы, приступив в начале семидесятых к работе над пьесой 'Spiklenci' ('Заговорщики'; поставлена в 1974-м в Западной Германии, а премьера в Чехословакии состоялась почти через двадцать лет -- в 1992-м, когда ее поставил театр 'Divadlo na tahu' -- в переводе буквально 'Ход за театром'). Своим детищем, однако, автор недоволен настолько, что впоследствии даже не включает 'Заговорщиков' в собрание своих пьес ('Hry')." "14 января 1977-го, после неоднократных допросов, Гавел в очередной раз оказывается в тюрьме, откуда выходит только весной -- 20 мая. Припомнив ему поданное ранее прошение об освобождении, власти заявили, что тем самым он отказался от роли глашатая 'Хартии-77'. '...Я вышел из тюрьмы опозоренный и оказался лицом к лицу с обществом, которое представлялось мне одним сплошным упреком' -- так скажет об этом Гавел позднее в одном из писем жене." Пришлось человеку нарываться, чтобы сесть в тюрьму снова и на этот раз выйти правильно -- не по прошению. "В октябре того же 1977-го по сфабрикованному обвинению в 'покушении на интересы республики за рубежом' Гавела осуждают на 14 месяцев тюрьмы условно, с отсрочкой приговора на три года. Но уже через пару месяцев ему вменяют в вину нападение на государст- венного служащего при исполнении последним служебных обязаннос- тей. До марта 1978-го Гавела держат в тюрьме -- но как только дело спускают на тормозах, он становится одним из организаторов Комитета по защите несправедливо преследуемых и самым деятельным образом участвует в его работе вплоть до 29 мая 1979 года. Именно в этот день на комитет обрушиваются репрессии; Гавела вновь арестовывают, обвиняют в попытке свержения существующего строя и 23 октября приговаривают к четырем годам заключения без отсрочки приговора. Гавел так прокомментирует свое тогдашнее состояние в уже цитированном письме: 'Лучше всего я чувствовал себя в тюрьме: во время второго срока заключения я вздохнул чуть свободнее, а во время третьего, который длится и по сей день, я -- хочется надеяться -- наконец-то пришел в себя'." По поводу того, что ему НРАВИЛОСЬ сидеть в тюрьме, Гавел, может быть, всё-таки преувеличивал (эвфемизм к слову "врал"). Неудачно оригинальничал. "Из тюрьмы его выпускают досрочно по состоянию здоровья -- после тяжелейшего воспаления легких. Гавел почти сразу включается в общественную жизнь: ставит подпись под документами 'Хартии', дает интервью западным корреспондентам, пишет по тюремным воспоминаниям пьеску 'Ошибка'." Уточним: курильщик Гавел болел в тюрьме воспалением лёгких неоднократно. Да ещё, неверное, изводил своим дымом некурящих заключённых, а кашлем -- неболеющих. "Первые появления Гавела на публике относятся к 1988-му: в сентябре он выходит на сцену фольклорного фестиваля в Липнице, в декабре принимает участие в праздновании тридцатилетнего юбилея театра. 16 января его вновь арестовывают, а в феврале, несмотря на протесты международной общественности, снова осуждают на девять месяцев за подрывную деятельность. В мае его освобождают условно, и он тут же подписывается под петицией 'Несколько слов'. Хотя еще в сентябре в интервью журналу 'Sport' (# 3, 1989) он заявлял: 'Я никогда не хотел и сейчас не хочу быть политиком', после 17 ноября 1989 года именно Гавел становится центральной фигурой известных событий, которые привели к падению коммунисти- ческого режима." В результате падения коммунистического режима 1) Чехословакия развалилась на Чехию и Словакию, 2) Чехию и Словакию наводнили иммигранты: негры, китайцы, русские и пр. Ну, так за что же вы там боролись, за что кровь проливали, самосжигались и пр.? * * * Бесспорно принимаемой на "ура" фигурой Гавел был на Западе везде, кроме родной страны. На родине он поднялся на первую роль благодаря волне антисоветской эйфории конца 1980-х, но потом очень многие соотечественники стали оценивать его более трезво: "В июле 1992 года на выборах главы чехословацкого государства ему не хватило 20 голосов, после чего он покинул пост президента и удалился от политической жизни. Но после распада Чехословакии был вновь избран президентом -- теперь уже независимой Чехии. Спустя пять лет, при перевыборах президента республики, он побе- дил только в третьем туре." ("Вацлав Гавел", сайт old.radio.cz) "Вацлав Гавел" (сайт old.radio.cz): "Несмотря на то, что чешское общество высоко ценило заслуги Гавела, он неоднократно подвергался критике. Чаще всего предметом критики были помилования и амнистии. За 13 лет Гавел объявил три амнистии. Самой крупной и наиболее критикуемой стала амнистия 1990 года, когда на свободу было выпущено 75 процентов осужден- ных, то есть 15 тысяч человек. За 13 лет президент помиловал 1938 человек, причем некоторые случаи также остро критиковались в СМИ и на политической сцене. Несколько человек не захотело принимать помилование президента." Своими амнистиями и помилованиями Гавел сводил на нет охрани- тельную работу полиции и причинял страдания жертвам преступлений. Отказавшиеся принять помилование от Гавела -- герои. Кем бы они ни были, в таком отказе -- достоинство. Есть за что уважать. Некоторые чехи пишут о Гавеле совсем уж нехорошие вещи. К при- меру, Рихард Краль (Richard Kral) рассказывает: "Семья Гавлов считалась одной из богатых семей в Праге уже в начале 20 века. В настоящее время богатство, понимаемое как имущество, полученное по реституциям, сложилось в результате деятельности дяди Вацлава Гавла Милоша Гавла, предпринимателя в кинопроизводстве. Значительную меру в имущество семьи привнес и отец Милоша Гавла Вацлав Гавел, владелец строительной фирмы и строитель Lucerny." "В начале войны на Баррандове было введено немецкое управление и кино-ателье невероятно увеличились. Снимался ряд фильмов, в которых принимала участие существовавшая тогда элита чешских актеров. Милош Гавел был готов пойти на все что угодно, чтобы сохранить Баррандов за собой. Сотрудничал не только с оккупацион- ными властями, но также и с Гестапо. Позже после войны ему повез- ло, что документы о его сотрудничестве с Гестапо исчезли." "После войны Милош Гавел сценическим сообществом был назван пособником нацистов, и против него было возбуждено уголовное преследование, но обвинение по неясным причинам было прекращено. С этого времени существуют также документы подтверждающие тесное сотрудничество Милоша Гавла с StB (государственной безопаснос- тью). После начала сотрудничества с StB Милош Гавел переехал в Германию. Официальные источники утверждают, что в это время его сотрудничество с StB было прекращено." "В Западной Германии Милош Гавел подал иск, как повергшийся преследованиям чешский еврей, о возмещении за утраченное имущество. Во время войны им была продана половина Баррандовской кинокомпании немецкому оккупационному правительству за сумму при- близительно 7 миллионов крон, что он считал заниженной оценкой, на которую был вынужден пойти под давлением. Западно-немецкий реабилитационный суд претензии Милоша Гавла признал справедли- выми и в полном объеме удовлетворил его иск." "Вернемся, однако, к нашему Вацлаву Гавлу. Он всю жизнь программно представлялся в 'антикоммунистическом' диссидентском движении, но рядовым диссидентом при этом не был. Ездил в лучшем автомобиле, чем бывший в то время председателем коммунистического правительства (владел Мерседесом класса Люкс), жил в большой и комфортной квартире расположенной на Rasinove nabrezi, а также имел в своем распоряжении поместье Na Hradecku, где мог ни кем не тревожимый устраивать свои диссидентские представления." "В 1990 году обсуждалось, каким способом провести реституцион- ный процесс и прежде всего в каком объеме. Вацлав Гавел, который имел тогда в Гражданском Форуме решающее слово, добился широких и всеобъемлющих реституций. Принимая во внимание угрозу реституци- онных исков со стороны судетских немцев, парламент принял решение возвращать имущество, реквизированное только после 25.02. 1948 года." "Способ, каким Вацлав Гавел получил доступ к имуществу своего дяди и деда, покрыт мраком. Его дядя Милош Гавел был после войны признан пособником немцев и его имущество национализировано на основании Бенешевых декретов. Поэтому классические реституционные предписания о возвращении имущества утраченного после 1948 года на них не распространялись. Вацлав Гавел несмотря на это как один из первых получил все имущество о котором просил." "О закулисной стороне реституций Гавла никогда не говорилось, и ни один из журналистов ими не рискнул заниматься. Еще сегодня Гавел является тщательно охраняемым образом бархатной революции и фальшивого бархатного 'народного возрождения'. Реституции чудес- ным образом были удовлетворены для ряда членов Хартии 77, а те члены Хартии, которым ни чего не досталось, документы на реститу- ции просто подделали." "Своей маской застенчивого, порядочного и симпатичного 'Вашка' отупляет Гавел ряд граждан и сегодня. Вацлав Гавел является со- вершенным символом фальшивой и искаженной морали нашего общества. Предательством собственных идеалов, которые он провозглашал в 1989 году, Вацлав Гавел принес больше распада морали и упадка народного самоощущения, чем весь коммунистический режим. Тот, кто сегодня признает в нем 'моральный символ', тем самым принимает ту самую искаженную и неискреннюю мораль в качестве своей собствен- ной." (перевод взят с http://petrovich758.livejournal.com) Статья "Вацлав Гавел -- кто он?": "Во второй половине президентского периода скорректировал свои пацифистские взгляды, поддержал бомбардировку Югославии и втор- жение американцев в Ирак. Резюме: из энциклопедических сведений портрет живого человека не вырисовывается." "Как не проникнуться симпатией к беззащитному трибуну, вещающе- му милые наивные мысли с территории, занятой страшными советскими танками! Гавел становится самым знаменитым чешским диссидентом. На западе от 'железного занавеса' его начинают публиковать, ста- вить его пьесы! Он превращается в именитого драматурга, морально- го политика!" "Осенью 1999-го вышла книга британского политолога Джона Кина. Название: 'Вацлав Гавел -- политическая трагедия в шести действиях'. Кин -- уроженец Австралии, на момент публикации -- директор английского Центра изучения демократии, профессор политических наук Вестминстерского Университета в Лондоне." "Кин утверждает, что Вацлав Гавел 'многократно в своей жизни использовал манипулирование, и мораль была лишь маской в его борьбе за власть'." "Диссидент Гавел жил так, что большинству народа и не снилось! Подсобником на пивзавод ездил в новом мерседесе, жил в огромной квартире в центре столицы, владел дачей (скорее, поместьем) в заповедных местах в Чешском Рае. Свободно встречался с другими диссидентами. А ведь правящий режим элементарно мог 'устроить' несчастный случай и избавиться от 'бескомпромиссного' противника. Или загнать, куда Макар телят не гонял, и сделать так, чтоб жизнь малиной не казалась! Но нет, оставили и шикарный автомобиль, и роскошную квартиру, и нехилую дачу, и возможности встреч с иностранцами. Правда, для подтверждения диссидентского мифа господину Гавелу пришлось отсидеть в тюрьме. Но не пугайтесь! Не в настоящей! Заключение напоминало пребывание в отеле, где Гавел мог принимать гостей, имел питание, весьма отличающееся от тюремного. Родной брат Вацлава признается: 'Встречался с братом чаще, когда он числился в тюрьме, чем в 90-х!'." "Одни свидетели утверждают: 'Вацлав Гавел воспринял свою канди- датуру на пост временного президента в 1989 году без всякой охо- ты'. Другие настаивают: 'Гавел изо всех сил старался стать прези- дентом!'. 'Я никогда политиком не был, быть не хотел и вовсе не имею к тому каких-либо предпосылок', -- заявляет Гавел на своем 50-летии, за три года до 'бархатной революции'. В 20-х числах декабря 1989-го он все еще публично утверждает, что не хочет стать президентом. В общем-то, подобный прием не так уж редко используется перед выборами. С другой стороны, вполне вероятно, Гавел реально оценивает свои возможности? Ведь его знали лишь люди, слушавшие западные радиостанции. А нормальному рабочему человеку не до того, чтобы по вечерам сидеть у трещащего радио." "Таким образом, если Гавел хотел быть президентом, перед ним стояла задача -- в ближайшие дни стать известным на всю Чехосло- вакию. Как это сделать? Путь один -- надо выступить по телевизо- ру, когда 'ящик' смотрит вся страна. Чтобы осуществить это, не- обходимо договориться с директором телевидения, человеком по фамилии Павел. Вновь прибегнем к Кину (пожалуй, более независи- мого источника не найти). Павел на встрече, инициированной Гавелом, заявил, что господин Гавел не является знаменитой политической личностью, а потому он, Павел, не собирается ему предоставлять дефицитное время в главных новостях в 19:30, но может предложить более позднюю трансляцию. Ответ привел Гавела в такой гнев, что он начал кричать, чем разбудил ребенка Павла. (Действие происходило в доме последнего.)" "За несколько дней до Нового года коммунистический парламент единогласно выбрал Гавела президентом страны. Присягал он, держа руку на Уставе Коммунистической партии ЧССР." "Гавел -- популярен и широкомасштабен. Он -- специалист по нравственности власть предержащих, а потому не без азарта занимается примирением политических партий в парламенте. Дома, в миниатюрной Чехии, он критикует чешское 'болото', а на мировой арене вещает об органичности глобализации, о мультикультурном обществе, об ответственности каждого за судьбу мира. И мнение зарубежных политиков о Гавеле как о мыслителе, гуманисте, нравственном эталоне приводит к формированию доброго имени Чехии в мире и в результате идет на пользу Чешскому государству!" "Несмотря на то что популярность Гавела в Чехии год от года падала, это никак не повлияло на его репутацию в мире. За преде- лами родины он остается иконой борьбы за свободу и демократию, его повторно выдвигают кандидатом на Нобелевскую премию мира (лауреатом которой он, кстати, так и не стал)." "По скромным подсчетам, собственность, которую вернул себе драматург, борец за свободу, оценивается как минимум в $50 млн.!" "Семья Гавелов была одной из наибогатейших еврейских семей в Праге в начале ХХ столетия." Если семейство Гавелов и еврейское, то уж сильно очехившееся. Является ли Гавел евреем, вопрос сложный. Определённо евреем называют его дядю Милоша. Такое бывает. * * * "Вацлав Гавел" (сайт old.radio.cz): "Годы, проведенные в тюрьмах, отразились на здоровье Вацлава Гавела. Несколько раз, уже занимая пост президента, он оказывался на пороге смерти: 1996 год -- злокачественная опухоль легких, апрель 1998 года -- перфорация толстого кишечника, июль-август этого же года -- нарушение сердечного ритма. Кроме того, президент часто болел простудными заболеваниями, бронхитами, испытывал проблемы с правым легким после операции." В действительности на здоровье Гавела отразились годы, прове- денные в курении и малоподвижности. * * * Подсобным рабочим на пивоваренном заводе Гавел работал только 10 месяцев. Но работал. Убедительное объяснение этого мне на глаза не попадалось. Возможно, Гавела привлекло там бесплатное пиво. Я сказал бы, что это было единственное время, когда Гавел действительно трудился, как все нормальные люди, но завод ведь производил пиво, а оно, как ни крути, -- алкогольный напиток, то есть, для многих -- первая ступень к алкоголизму. Лучше бы буду- щий президент поработал грузчиком, к примеру, на фабрике детского питания. * * * "Заочный допрос" -- одна из ключевых книжек Гавела. Ею обраба- тывали европейские и постсоветские мозги в процессе формирования образа великого европейского человека из Чехословакии. Книжка написана на основе многочисленных гавеловских интервью чешскому журналисту Карелу Гвиждяле. * * * У Гавела в "Заочном допросе" -- россыпь блестящих имён его вы- дающихся современников-интеллектуалов, упоминаемых в положитель- ном ключе. Этим он не только подчёркивал, что он в курсе и в струе новейшей европейской мысли, но также где-то ставил себя на одну с корифеями доску, а также морально обязывал их ответно под- дакнуть ему при случае тоже. (А вот у меня так ловко не получает- ся: какого популярного современника ни возьмусь читать, почти непременно хочется послать его подальше, чтоб не морочил людям голов.) * * * Как это ни странно, Гавелу довелось послужить в вооружённых силах -- чехословацких. Гавел был уверен, что его направили в сапёры, чтобы унизить и при случае подставить под пули в первую очередь. Вообще-то в предыдущую большую войну самые значительные потери были отнюдь не у сапёров, а у подводников и эсэсовцев, но ни в те, ни в другие направить Гавела чехословацкие коммунисты, разумеется, не имели возможности. * * * Очень похоже на то, что в демонстративные диссиденты Гавел подался в конце 1968 года от бескормицы и от бессодержательности существования. Диссидентский же образ жизни уже был более-менее отлажен в СССР, так что было кому подражать -- и было понятно, на какие результаты можно рассчитывать. * * * Умиляют неоднократные тайные встречи Гавела на чешско-польской границе с Адамом Михником, польским коллегой по диссидентству. Это говорит о состоянии охраны на границах между странами "народ- ной демократии". Ведь на самом деле "железных занавесов" было два: первый отделял Восточный блок от остальной Европы, второй, более прочный -- СССР от других стран Восточного блока. * * * Приблизительно со времён Гавела начался феномен диссидентов (они же -- правозащитники и "режимкритикеры", хотя далеко не всякая преследуемая критика режимов получает поддержку Запада). Диссиденты -- это такой социальный феномен конца XX, начала XXI века. В незападной стране, имеющей трения с Западом, группка интеллигентов, которым не хватает денег, общественного внимания, моральной чистоплотности и желания заниматься простой работой, начинает публично критиковать "свои" власти с позиции западной либеральной идеологии за то, что те не вполне соответствуют не- обоснованному и нежизненному идеалу, которому западные правитель- ства не соответствуют чуть менее, из-за чего коренное население Запада деградирует морально и физически и сокращается численно, уступая место иммигрантам, а планета в целом приближается к глобальной катастрофе природопользования. Запад поддерживает таких "критиков" рекламой, деньгами и предо- ставлением убежища, поэтому для критиков образуется небольшая, но довольно уютная "экологическая ниша", в которой можно в целом безбедно и малорискованно существовать, не выполняя никакой работы, кроме "критической" и провокационной. Некоторые диссиденты изредка подвергаются избиениям или недолго сидят в тюрьме, но это для них окупается грантами и премиями. Кроме того, некоторые из них, являясь личностями мазохистского склада, получают от умеренных репрессий своеобразное удовольст- вие. Если у "критиков" имеются творческие претенизии, то статус преследуемых используется как оправдание трудностей в сбыте творческой продукции и как средство привлечения к себе внимания. К развитию мысли и улучшению социума деятельность диссидентов имеет лишь то отношение, что отвлекает людей на псевдопроблемы и псевдоценности. Если не у всех правозащитников их как бы борьба сопровождается или завершается улучшением материального и социального положения, какое они при своих способностях и усилиях не смогли бы обеспечить обыкновенным интеллектуальным трудом, то лишь потому, что Запад в целях экономии "покупает" многих из них не за реальные блага, а за шанс эти блага получить. Особенность правозащитника как борца против государства состоит в том, что у правозащитника всегда есть хотя бы пропагандистская поддержка Запада. * * * В обществе качаются два маятника: "демократия -- диктатура" и "капитализм -- социализм". Разочаровавшись в одной крайности, массы начинают тяготеть к другой, а потом обратно. "Золотая сере- дина" же неустойчива. Гавел литературно обслужил участок траекто- рии качания -- и ничего более. Если общество в своих болтаниях туда-сюда успеет снова выйти на тот же участок до наступления глобальной катастрофы, то, возможно, Гавел снова станет на неко- торое время слегка популярным (при условии, что его не затмит какой-нибудь новый расчётливый фразёр). Философом Гавел прослыл не за не философские труды, а за фило- софские замечания в текстах на нефилософские темы. Определённо можно утверждать, что как пишущий человек Вацлав Гавел в русскоязычной части мира не популярен: отыскать его текс- ты в русском интернете -- проблема. О том же Википедия: "В период перестройки произведения Гавела переведены на русский язык, но серьезного читательского и зрительского успеха в России не имели." Не то чтобы Гавел не подходил своими качествами ни одной из российских политических сил в качестве источника цитат, коммента- тора, образца, повода для трындёжа, а всего лишь потому, что в России и своих дутых фигур такого профиля хватает (Россия ведь страна по существу самодостаточная, только не очень пользуется этим). Гавел -- критик тоталитаризма не страстный, а спокойный и не особо категоричный: как бы мудрый, смотрящий на вещи свысока и не сбивающийся на текущие мелочи. Наверное, это у него было больше от расчёта, а не от темперамента: если человек хочет попасть в великие интеллектуалы, ему как раз так себя и надо вести. В творчестве Гавел -- определённо не трудоголик, но в принципе это не минус, а что-то ближе к плюсу. Скажем, Леонардо да Винчи тоже был далеко не трудоголиком в творчестве, но в великие худож- ники попал заслуженно. Если индивид в состоянии самовыражаться кратко, это ещё не значит, что ему есть мало чего выражать или что выражаемое им не значимо. Кстати, было ведь много плодовитых писателей, прорвавшихся в вечность только одной-двумя книгами, которые у них получились лучше других и в которых у них по сути почти тоже, что и в остальных их книгах. У Гавела я, правда, ни одной прорывной книги назвать не могу. Вне конкретно-исторических демагогических применений Вацлав Гавел -- совсем мало что: проболтался полжизни на первых ролях, а в сухом литературном остатке -- мизер: ни для души, ни для дела. Тоже-писатель третьего разряда. Прочухались, вчитались, подиви- лись своей прежней простоте. ................................................................. .................................................................

Литература:

"Вацлав Гавел -- кто он?" (сайт www.versii.com, 19.05.2007) "Вацлав Гавел" (сайт old.radio.cz) Гавел Вацлав "Заочный допрос". Крапивенский С.Э. "Еврейское в мировой культуре", Волгоград: Издательство Волгоградского государственного университета, 2001. - 164 c. Лукеш Я. "Пять этапов жизни драматурга и политика Вацлава Гавела". Kral R. "Tajemne Havlovy restituce" (сайт www.zvedavec.org, 02.03.2006)

Возврат на главную страницу