![Лев Троцкий](_trotsky.jpg)
Лев Троцкий
Лев Давыдович Троцкий (Лейба Давидович Бронштейн, 1879-1940) --
революционный вождь, авантюрист, идеолог, писатель. Один из орга-
низаторов Октябрьской революции 1917 года, создателей Красной
армии и Коминтерна. Соратник и конкурент Ленина и Сталина.
Сын богатого землеарендатора (евреям в России было запрещено
владеть землёй). В 1889-1895 гг. учился в в училище Святого
Павла в Одессе, потом доучивался в городе Николаеве.
Формального высшего образования не получил, но самообразовы-
вался много.
Подрывной работой занимался с 17 лет. В 1898-1899 гг. (около
двух лет) сидел в одесской тюрьме по делу Южно-Русского рабочего
союза.
1900-1902 гг. провёл в ссылке, в Иркутской губернии. Начал пуб-
ликовать статьи, они понравились лидерам РСДРП, и осенью 1902 г.
Лёве устроили побег из Сибири. С помощью контрабандистов он пере-
шёл венгерскую границу, пооколачивался в Вене, Цюрихе, осел в
Лондоне возле Ленина, потом перебрался снова в Швейцарию. Сотруд-
ничал в подрывной газете "Искра", гиперактивничал в эмигрантской
среде.
В 1904 г., то есть, в 25-летнем возрасте, молодой да ранний
Троцкий опубликовал антиленинскую брошюру "Наши политические
задачи". Впрочем, Ленину в то время было всего 34 года.
В 1905 г. приехал в Россию и занимался революционной деятель-
ностью в Санкт-Петербурге. Фактически возглавил Петербургский
совет рабочих депутатов.
После поражения Первой русской революции Троцкий в 1905-1912
годах занимался революционной журналистикой и политиканством в
Вене.
В 1912—1913 был военным корреспондентом газеты "Киевская
мысль" на Первой и Второй Балканских войнах. Написанные им в то
время статьи считаются авторитетным источником по тогдашним
событиям на Балканах.
С началом Первой мировой войны, переехал из Австро-Венгрии в
Швейцарию, потом оказался во Франции, откуда был выперт в 1916 г.
в нейтральную Испанию за свою антивоенную деятельность. Через
несколько недель его выперли из Испании в США. Саркастические
заметки Троцкого о его испанских приключениях и впечатлениях
неоднократно издавались.
* * *
Вследствие упорной борьбы Троцкого со Сталиным за власть погиб-
ли все четверо его детей от двух браков, его первая жена, сестра,
два племянника (сыновья сестры Ольги), два зятя (второй муж доче-
ри Платон Волков и первый муж сестры Каменев). И вот зачем такая
радость борьбы? И погибла-то почти вся родня Льва Борисовича фак-
тически отнюдь не ради светлого будущего, а ради того, чтобы суе-
та-сует и скрежет зубовный возглавлялись Троцким, а не Сталиным.
* * *
Концептуальный контекст темы "Троцкий".
Социальная верхушка в интересах самозащиты впаривает массам
фальшивую "социологию": не вполне адекватное представление о
сущности общества. В этой "социологии" специфически толкуются в
первую очередь феномен социальной верхушки и отношения между
верхушкой и остальным населением.
Человек -- это в первую очередь клубок взаимно противоречащих
инстинктов. Без инстинктов нет желаний (кроме самых элементарных:
попить воды, очистить кишечник и т. п.), без желаний нет деятель-
ности. Человек хочет (одновременно или последовательно) и быть
первым, и быть скромным, и делать добрые дела, и расправляться с
врагами и т. д.: всё в соответствии с инстинктами.
Индивид не вполне одинаков не только в разные годы своей взрос-
лой жизни, но даже в разное время суток: многое зависит от наст-
роения, от состояния оранизма, даже от того, что человек недавно
съел.
Разумеется, бывают люди "принципиальные": они придумывают себе
простые правила и потом упорно следуют им, болезненно воспринимая
необходимость иногда делать исключения из оных. Такие люди немно-
жко неполноценные, менее способные выживать: нормальный человек
более гибок. Соль в том, что мало удаётся придумать правил, кото-
рые были бы полезны в своей области во ВСЕХ случаях без исключе-
ния. Предвидеть все возможные исключения и оговорить их при пра-
вилах тоже бывает невозможно. Поведенческое правило -- это всегда
упрощение, а упрощать -- значит что-то игнорировать, а это опас-
но.
Нормальный, эффективный индивид тоже таки создаёт себе правила
и потом старается им следовать -- но с учётом опасности правил и
соответственно с готовностью пересматривать их или иногда отсту-
пать от них на серьёзных основаниях или просто если очень хочется
(вдруг это неспроста!).
Если индивид не злоупотребляет властью, это ещё не означает,
что он ею не наслаждается: возможно, она приносит ему физиологи-
чески достаточное удовольствие и при использовании её в правиль-
ных рамках.
Мотивы руководителя и полезность его для общества связаны слож-
но: можно иметь "неправильные" мотивы, но при этом быть эффектив-
ным оранизатором благодаря тем мотивам, какие есть. А сложно дей-
ствовать, не имея мотивов, индивид не в состоянии.
* * *
Книги и брошюры Троцкого:
"Наши политические задачи" (1904)
"Литература и революция" (1907)
"Война и Интернационал" (1914)
"Терроризм и коммунизм" (1919)
"Новый курс" (1923)
"Уроки Октября" (1924)
"Куда идёт Англия?" (1925)
"Моя жизнь. Опыт автобиографии" (1930)
"История русской революции" (1930)
"Перманентная революция" (1930)
"Сталинская школа фальсификаций" (1931)
"Преданная революция" (1936)
"Преступления Сталина" (1937)
"Сталин" (1940, не дописанная)
В общем, это был писатель одной темы. Но ведь нельзя сказать,
что хотя бы в ней он как-то особенно продвинулся, выдал что-то
фундаментальное, на долгие времена. Что-то уровня, скажем, книги
"Гениальность и помешательство" Цезаря Ломброзо.
* * *
И вот что выдающееся написал Троцкий? А ничего. Ни одной книги
уровня "Коммунистического манифеста" или "Майн кампфа". У него
нет. Как писатель он бойкий, эрудированный, натаскавшийся, но по-
верхностный, довольно трескучий и не прорывной. ВТОРИЧНЫЙ. Сущес-
твенных концептуальных вещей у него нет. Ленин вот хотя бы напи-
сал книжки "Империализм как высшая стадия капитализма" и "Госу-
дарство и революция".
В моём понимании троцкизм -- это установка на стремление к выс-
шей власти, реализуемое любыми средствами сначала под предлогом
борьбы за интересы "низов", а дальше -- по обстоятельствам. Я го-
ворю здесь "установка", потому что развёрнутая идеология в троц-
кизме имеет вспомогательную, инструментальную роль и варьируется
в зависимости от ситуации, лишь бы обеспечивалось обретение,
удержание, укрепление и расширение власти.
Отличие "троцкизма" от "бонапартизма" -- только в том, что в
"троцкизме" старт делается с "защиты интересов трудящихся", а не
с "защиты интересов государства".
Вопрос, нсколько Ленин и Сталин сами были "троцкистами" -- это
вопрос о том, насколько стремление к власти превалировало у них
над другими мотивами.
Революция -- это борьба свежих жаждунов власти с давно заполу-
чившими её и уже ослабшими из-за действия деградационных факто-
ров, сопутствующих власти. Другие мотивы у ведущих участников
этой борьбы тоже имеют место, но ключевой мотив -- стремление к
власти. Те, кто руководствуются не стремлением к власти, а, на-
пример, чувством справедливости, мешают тем, кому нужна в основ-
ном власть, и поэтому постепенно оттесняются или даже уничтожа-
ются.
Общественно-значимые интеллектуальные достижения у Троцкого
почти никакие, хотя писателем он был плодовитым. Доверие к нему
как к эксперту по Сталину, революции 1917 г. и т. п. -- не очень
большое, потому что он слишком много занимался демагогией в лич-
ных целях. Ну, поучаствовал он на первых ролях в делании Октябрь-
ской революции, но ради удовлетворения своих амбиций, и революция
эта получилась очень кривая, многим она не понравилась, что отча-
сти стало причиной того, что её достижения были впоследствии
утрачены.
Троцкий считал себя "высшим", уполномоченным самой природой на
то, чтобы рулить массами и жертвовать ими ради своих капризов
"высшего". Ленин его использовал.
В ранней молодости Троцкий был вполне марксистом (марксизм был
"мощнее", чем юный ум, поэтому представлялся единственно верным
учением), но, созрев, Лев давыдович, по-видимому, пришёл к выво-
ду, что марксизм -- это всего лишь разновидность впечатляющей
идеологии -- частично галиматейной, но пригодной в качестве сред-
ства борьбы за власть.
Ещё Троцкий явно пришёл к выводу, что шибко жалеть и беречь
людей -- это абсурдно с биологической точки зрения и зачастую не
эффективно с точки зрения политической. Есть смысл беречь лучших
и наиболее полезных, остальные же -- расходный материал: дешёвый,
легко манипулируемый, легко самовосстанавливающийся и нередко из-
быточный. Более того, плебс уважает и обожает в первую очередь
тех деятелей, которые легко идут на его расходование: Ахиллесов,
Юлиев Цезарей, Тамерланов, Чингисханов, Наполеонов и т. п. Если
для чужих эти деятели бывают чудовищами, то для своих они пред-
ставляются величайшими фигурами и решателями гигантских "истори-
ческих задач". Большие жертвы -- это "минус", но "минус" не опре-
деляющий, лишь бы удавалось достичь поставленных целей. В оправ-
дание Троцкого можно сказать, что он всего лишь предпочёл возгла-
вить тех очень многих, кто возжаждали делать революцию (с Троцким
или без Троцкого), не захотел становиться её расходным материалом.
* * *
Если было, скажем, только два возможных варианта действия -- А
и Б, оба в одинаковой степени плохие (но по-разному) или неопре-
делённые, и Сталин выбирал вариант А, то Троцкий выбирал вариант
Б и подтаскивал для этого какие-то аргументы (трескучие или час-
тью по делу).
С середины 1920-х политическая эволюци Троцкого шла в связке с
политической эволюцией Сталина. Если бы, к примеру, Сталин затя-
готел к перманентной революции, то на закрепление уже достигнутых
результатов потянуло бы Троцкого. Но случилось наоборот -- навер-
няка в основном благодаря случайностям.
* * *
Одно из обвинений Троцкому состояло в том, что он многовато
привлекал к службе в РККА бывших царских офицеров -- так называе-
мых военспецов. В принципе против военспецов не возражали, при-
дирка была только к их количеству. Местоположение оптимума в таких
вещах -- вопрос сложный, так что всегда можно довольно убедительно
обвинить в том, что чего-то допускается слишком много или, наобо-
рот, слишком мало.
Но военспецы были нужны Троцкому не в последнюю очередь как
"материал", на который можно опереться, если понадобится, в борьбе
с "диктатурой пролетариата".
* * *
В своей книге "Преданная революция" Троцкий обвиняет Сталина
преимущественно в двух вещах:
- создание "нового дворянства";
- "предательство" мировой социалистической революции.
Но окажись он на месте Сталина, он делал бы то же самое (а не
что-то более революционистое), потому что это был верный способ
удержания власти (= сохранения собственной жизни). Троцкий навер-
няка даже сознавал это, но Сталина тем не менее "обличал", потому
что это позволяло держаться в революционных вождях с опорой на
старые, но ещё популярные идеи.
Эта книга Троцкого в общем-то манипулянтская, а не концептуаль-
ная. Троцкий в ней не делится каким-то новым пониманем революции,
социализма, природы человека.
* * *
Эксперт по Льву Троцкому -- Лев Мехлис. Но по поводу самого
Мехлиса уточним одну детальку: то, что Мехлис воспринимал в себе
как преданность идее, было на самом деле скорее собачьей предан-
ностью вождю.
* * *
Лев Троцкий ("Дело было в Испании", 1916 г.):
"Лживость и подлость правящих проявляется, в конце концов, в
довольно однообразных формах. Взять ли роль Англии в войне за
испанское наследство или роль испанской монархии (а также и либе-
ральных буржуа) в борьбе с наполеоновским владычеством - казалось
бы, эти классические уроки должны бы навсегда застраховать народы
от дрянного легковерия. Ведь все эти грабежи, насилия, обманы,
вероломства уже проделывались и разоблачались, - тем не менее они
повторяются каждый раз в более широких масштабах. Чтение многих
глав человеческой истории нередко порождает такого рода рецидивы
возмущенного рационализма. Но суть-то в том, что народы очень
мало чему учатся из истории - уже по тому одному, что не знают
ее. Она доходит до них - поскольку вообще доходит - в искажении
школьной легенды, национальных и церковных праздников и в виде
вранья официозной прессы. Те исторические факты, которые должны
бы просветлять народы, становятся, наоборот, орудием их дальней-
шего одураченья. Пока что история делается эмпирически. В отличие
от техники, здесь еще почти нет массового накопления опыта. Марк-
сизм есть великая попытка использовать уроки истории, для того
чтобы сознательно руководить ею. Но марксизм есть пока еще орудие
будущего..."
Всё, вроде, так. Только есть один нюанс: Троцкий тут не выска-
зал по сути ничего нового. Вот навскидку цитата из книги "Psycho-
logia rewolucji francuskiej", изданой в 1906 г. в Варшаве (автор
-- Teodor Jeske-Choinski) и направленной вообще-то против таких,
как Троцкий:
"Это расхожая истина, что потомки мало учатся у предков. Каж-
дое поколение начинает работу с самого начала, полагая и веря,
что уж оно-то найдёт тот 'философский камень', который, наконец,
обеспечит людям счастье, искомое уже тысячи лет, и каждое поко-
ление делает те же самые ошибки. Всегда есть сын, который с мо-
мента, когда почувствует в себе силы первой молодости, считает
себя более умным, чем отец, всегда внук смотрит с пренебрежением
на опыт долгого прошлого. Никто не хочет понять, признать, что
фундаментом будущего у любого народа должно быть его прошлое,
что насильственное прерывание нити исторической преемственности
вызывает конвульсии, которые обычно заканчиваются трагедией."
* * *
Мне со школы плохо давалось разоблачение Троцкого и троцкис-
тов. У меня рано завелась привычка смотреть в корень, и я реально
не понимал: ЗА ЧТО ИХ ТАК?! Речь ведь всегда шла о каких-то нюан-
сах, а расхождения в мнениях неизбежны. Потом пришло понимание:
это попросту душили конкурентов, а поводы притягивались за уши.
Позже добавилось ещё такое объяснение: "троцкист" -- это более-
менее эвфемизм слову "еврей". Избавлялись от засилия евреев в со-
ветской управляющей пирамиде 1920-х, 1930-х, но называть неугод-
ных евреев евреями было нехорошо с идеологической точки зрения,
поэтому их называли троцкистами. Теперь у меня очередное открове-
ние: не так-то всё просто. Троцкизм -- это вдобавок особенность
мышления. Точнее набор мелких трудноуловимых и трудноописываемых
спорных особенностей. То ли они есть, то ли их нету. Замечать их
могут только немногие. Описать эти особенности -- и того труднее.
Вдобавок часть троцкистов являлась троцкистами всего лишь "за
компанию", а не из-за наличия у них этих особенностей мышления. И
большинство ненавистников троцкистов ненавидело их тоже "за ком-
панию", а не потому что раздражалось особенностями их мышления.
И Ленин и Сталин щемили троцкистов не только за особенности мыш-
ления, но также как просто конкурентов и просто евреев, которых
как-то слишком много набивалось в руководящие органы и на прочие
тёплые места. Но и троцкистские особенности мышления существовали
(и существуют), причём не только у евреев.
В интеллектуальном аспекте можно объяснять феномен троцкизма
следующим образом.
Троцкизм -- это трескучесть и вера в силу треска: в то, что
главное -- эффектно трещать, возбуждать, охмурять. Смысл жизни --
в том, чтобы быть наверху, а место наверху обеспечивается через
треск, всё равно в каком политическом ключе (в каком получается,
в таком и трещи). Качество планов "невербальной" деятельности не
имеет большого значения: главное -- убедительно трещать в связи с
ними. Треск компенсирует дефекты планов: возбуждённые им люди
охотно перенапрягаются, самопожертвуются, а то и пускаются в
"творчество масс" в русле полученных "руководящих указаний", так
что объявленные в плане цели худо-бедно достигаются. А если всё
же не достигаются, то можно много чего блистательно натрещать в
оправдание неудачи и в итоге ещё более закрепиться наверху.
Лидер-троцкист -- это специалист по треску. Он, конечно же, не
дурак и высматривает чужие толковые идеи, по поводу которых можно
трещать (перелицевав и выдав за свои). Но в выборе он часто ошиба-
ется, потому что мышление у него не заточено на поиск истины.
Чисто троцкистское руководство большим сложным делом, конечно,
ведёт к заваливанию оного. Но в смеси с нетрескучими лидерами
троцкисты-руководители могут держаться на плаву долго и даже не-
редко быть полезными. Потом, троцкистость в чистом виде, навер-
ное, встречается среди троцкистов редко, и моменты/области нетре-
скучести бывают даже у шибко трескучих деятелей.
Троцкист (не рядовой) -- демагог, позёр, имитатор, манипулятор.
Революционистость у него -- и средство побыстрее выбиться наверх,
и проявление готовности на всякие гадости по пути туда. Деструк-
тивность у него может присутствовать и от неразборчивости, и как
нездоровый способ получения удовольствия.
Я думаю, Троцкий видел себя Великим Манипулятором. Тухачевский,
кстати, -- тоже. Ленин терпел Троцкого, потому что если быть шиб-
ко разборчивым, то не с кем будет делать революцию. А Сталин тер-
пел Тухачевского, потому что раскусил его как ничтожного имитато-
ра только в процессе подготовки Большой войны 1935 года, а до то-
го считал титаном военной мысли. Потом, быть эффективным руково-
дителем не значит подбирать правильных -- и не портящихся со вре-
менем -- людей на ключевые места (таких людей всё равно почти
нет, да и неудобны они: упираются, когда нужны сомнительные де-
ла), а в том, чтобы энергичных мерзавцев рассаживать так, чтобы
они сдерживали друг дружку в дурных устремлениях и чтобы остава-
лись под контролем.
.................................................................
.................................................................
Литература
Мехлис Л.
Троцкий Л. "Преданная революция".
Возврат на главную страницу Александр Бурьяк / Лев Троцкий, или Почти чистая жажда власти